Если прежде нелюбовь к командировкам скрашивалась любимой работой - иначе как на расследования его не дёргали, то теперь каждый отъезд был сродни душевной пытке. И не то, чтобы Джеймс был слабохарактерным нюней, который начинал истерить в любой момент, как его отрывали от жены и детей, просто новые реалии требовали куда больше внимания уделять родным. Как минимум их защите, а на кого Рэй мог переложить эту задачу? Правильно, ни на кого.
Посему, каждый отъезд теперь сжирал немалую порцию стремительно отмиравших нервных клеток, но выбора не было. Сбегая из Лос-Анджелеса, они захватили с собой немало припасов, но всё в этом мире имело свойство заканчиваться. Еда, лекарства, патроны... находить всё это становилось труднее и бывший (теперь уж) агент ФБР буквально сбивался с ног, чтобы найти всё необходимое из составленного загодя списка.
Хотя, припасы припасами, но Рэй по прежнему тешил себя надеждой найти потерявшихся в итоге всей этой неразберихи детей. Он просто не мог опустить руки, Крис не ребенок и наверняка сумел защитить свою жену, надо было только отыскать их... разумеется, от этом, незапланированном риске, Джеймс-старший жене не рассказывал. Мэри бы поняла, но к чему ей лишние поводы для волнений? Одно дело - знать, что муж отправился обчистить - звучало отвратительно, но приходилось называть вещи своими именами - небольшую заправочную станцию или мелкую лавчонку на окраине города и совсем другое, постоянно думать, что он с риском для жизни суётся в куда более опасные и "оживленные" места мёртвого города.
Нет уж, жену от излишних треволнений надо было беречь. И Рэй прикладывал к этому все усилия, да только по возвращении из последней вылазки, едва не схватил инфаркт - занятая Джеймсами ферма уже не была относительно безопасной.
Мужчина бросил патрульную машину, захваченную в городе взамен полетевшему внедорожнику, в десятке метров от дома, когда заметил неладное. Две фигуры, которых на ферме быть не должно было,  с остервенением ломились внутрь главного здания. Две. Мать их. Фигуры. Которые не были живыми людьми!
Зараженные...
Смертельно бледнея, Рэй выпрыгнул из машины и, на ходу вытаскивая из кобуры пистолет, бросился к дому.
- Нет, нет, нет... чушь собачья, Мэри успела запереть всех внутри. Все живы, живы, мать вашу!
Под толстыми подошвами ботинок скрипели мелкие камни, в ушах стучала кровь, от волнения вспотели ладони. Нет, его семья не могла пострадать. Только не они! Десять метров до зараженных. Пять... Джеймс остановился и вскинул оружие и, помедлив, опустил. Опасно. Входная дверь, ныне сдерживавшая натиск зараженных, прекрасно прошивалась пулями и промахнись Джеймс по зараженным, но стой кто-то из его домашних по ту сторону двери, трагедии было бы не избежать. Посему, пришлось действовать иначе.
- Эй, гнилые твари! - Рэй не таился, стараясь отвлечь тварей от заветной двери и, кажется, ему это удавалось.
Впереди зараженных было препятствие, позади - шумная живая цель. Куда более достижимая, нежели предыдущие. И, твари всё же двинулись к новой жертве, чего Джеймс и добивался.
Он не шел строго назад, к машине. Увести зараженных с линии огня, на которой была дверь в дом и, можно не медлить, тем паче что большого скопления тварей близ фермы он не видел. Нет, возможно с другой стороны фермы, но... мужчина чертыхнулся, риск привлечь к дому еще больше тварей был слишком велик. Посему - пришлось вернуть пистолет в кобуру и вооружиться снятым с трупа какого-то солдатика тактическим ножом. Неплохое оружие против одного-двух зараженных, особенно когда твари были не первой свежести, а на руку Рэя играл рельеф и характер построек.
Первый зараженный банально не удержался на ногах и, рухнув с крыльца аккурат к ногам Джеймса, вздумал было ползти к мужчине. За что и получил тяжелым ботинком в область височной кости, после чего был быстро добит ножом. Со второй тварью пришлось повозиться - этот был посвежее, и с координацией дела у него обстояли несравнимо лучше, но один на один - бывший ФБРовец справился, сумев ударить ножом под нижнюю челюсть зараженного.
Работы на пару минут, но это было не самое страшное. Оставалось разузнать, как обстояли дела у жены и детей, а вот этого Рэй откровенно боялся, просто не представляя как он поступит, окажись Мэри или кто из ребятни зараженным.
Он так и застыл у входа, сжимая в опущенной руке окровавленный нож и пытаясь собраться с духом.

Входная дверь приоткрылась и мужчина ощутимо напрягся, крепче - даже с некоторой отчаянной решимостью - сжал в руке окровавленный нож и... шумно выдохнул, когда к нему не то что вышла, выбежала жена. На первый взгляд здоровая, но чертовски напуганная. Впрочем, это была меньшая из бед. К тому же, насколько Рэй уловил из её сбивчивого рассказа, с Изабель тоже всё было в порядке.
Он, наконец, прекратил изображать из себя истукана и мягко обнял Мэри за плечи, успокаивающе провёл рукой по волосам - слишком поздно при этом спохватившись, в его руке по прежнему был зажат нож. Но, благо, обошлось. Мужчина извернулся, умудряясь убрать оружие в ножны и, при этом, не отпустить жену.
- Ну всё, всё, я вернулся, - нарочито сурово проворчал Джеймс-старший, изо всех сил стараясь скрыть отголоски недавнего страха, еще звучавшие в его голосе. - Никто ведь не пострадал, а значит чего бояться? Всё, успокаивайся давай.
И ведь, вроде бы, пытался строить из себя сурового и уверенного в себе и ситуации, делать вид, что всё под контролем, а значит родным не следует бояться, но... получалось, откровенно говоря, не очень. В голове неприятным набатом гудела мысль - что, если он пропадёт на одной из вылазок? Это с его слов, предназначенных исключительно для жены и дочери, на рожон Рэй не лез, да и в принципе умудрялся доставать необходимое, без особого риска для жизни, но на деле всё обстояло немного иначе. И в любой момент это самое иначе могло обернуться заражением, что было, по сути, приговором.
Тогда Мэри и Изи остались бы одни, без защиты, без ресурсов и с весьма туманными перспективами на будущее. Смогла бы его жена перестроиться, из психолога превратиться в, грубо говоря, выживальщика и солдата? Возможно, Джеймс никогда не недооценивал Мэри, но чёрт побери, у неё не было бы ни единого шанса на ошибку. Зараженные легко справлялись с действительно подготовленными людьми и его любимую спасло бы только невероятное везение, уповать на которое - увольте.
Федерал нахмурился и, мягко отстранив женщину, кивнул на дом.
- Иди к дочери, я догоню. Только трупы уберу, нечего эту гниль оставлять. Успокой Изабель и... - он помедлил, но всё же кивнул, - позже мы обсудим, как тебе обороняться от этих тварей. Всё, иди.
Жестко, но что делать, ему нужно было побыть наедине с собой, а этому не бывать, если Мэри не уйдёт в дом. Он же понимал, насколько лишним будет, если она увидит страх единственного человека, который сейчас стоял между семьёй и жаждущими живой плоти мертвецами. Для своих девочек Рэй не просто должен, обязан был быть образцом силы и уверенности в будущем.
Он уже отвернулся - самое то, чтобы скрыть выражение лица, которое в тот момент из привычно хмурого превратилось в едва ли не напуганное - но всё таки добавил куда мягче, чем говорил прежде.
- Всё будет хорошо, я обещаю. Я никогда не дам вас в обиду.
После чего, шумно выдохнув, подхватил подмышки ближайшее тело. Поясница ожидаемо заныла, за годы службы в ФБР, Джеймс не слишком-то утруждал себя спортом - несколько раздобрел, обзавёлся пивным брюшком и растерял всю свою спортивную, а после закрепленную в армии и первых годах в полиции, форму. И теперь это аукнулось, наложившись на возраст. Он ведь был уже далеко не мальчиком.
Мужчина чертыхнулся, но начатого не бросил и поволок зараженного прочь.
В дом он зашел спустя почти три четверти часа возни, совершенно разбитым и вымотанным, но благо Мэри успела и дочь успокоить и по хозяйству подсуетиться, что позволило Рэю выбросить из головы все мысли и просто сесть ужинать.

Время неизбежного в их ситуации разговора пришло куда позже, когда Изабель уже уснула, на улице воцарилась ночь и чета Джеймсов устроилась в погруженной во мрак - Рэй настаивал на отсутствии света в тёмное время суток, дабы не привлечь никого (особенно живых, навидался в городе всякого) к их убежищу - гостиной.
Он развалился на скрипучем старом диване, едва устроившись между продавленными пружинами - прежние хозяева явно готовили это доисторическое чудо на выброс, но не успели... или забыли - и обнимая жену. Прежнего ощущения спокойствия, что обычно накатывало вечерами, уже было не вернуть, но Джеймс ценил и нынешний суррогат, с трудом пытавшийся воссоздать минуты прежней, мирной жизни.
- Мэри, - он, наконец, прервал затянувшееся молчание, возвращаясь к беспокоившему их обоих вопросу. - Та твоя просьба... я подумал, ты права. Тебе нужно научиться справляться с зараженными. Я могу банально не успеть вернуться вовремя, - или вообще не вернуться, понимание чего буквально висело в воздухе, - и безопасность дочери ляжет сугубо на твои плечи. И ты должна будешь, когда придёт время, не испугаться этих тварей, действовать с холодной головой. Думаю, завтра мы попробуем подобрать тебе оружие, немного потренируемся, но, - мужчина замялся, прежде чем продолжить, - в какой-то момент придётся устроить тебе практические занятия. Одной теорией и моими уроками многого не добиться. Тебе придётся убить, понимаешь? Это единственный способ.