[indent] Когда-то краснокожие… Ах, да, конечно же, «коренные американцы» - так требовалось называть эту расу в современном толерантном обществе (оставим за кадром, в какую жопу это общество покатилось и тот милый факт, что при абсолютной толерантности организм нежизнеспособен, это Дот как медик могла сказать)! Так, не о том речь, что в какой-то момент белый гетеросексуальный мужчина без феминистических высказываний стал самым уязвимым членом общества, Дороти от пробитого дна в Ад отделяло всего несколько фраз, сказанных не тем тоном, не в то время и не тому существу неопределённого пола.
Иногда, в моменты особо острой мстительности, Дора думала: а как ты теперь, существо с вывернутым наизнанку организмом обходишься без столь нужной, прямо таки жизненно необходимой гормональной терапии? Снова ломается голос? Лезет щетина на морде? Организм идёт в разнос? Воняешь как козёл, когда потеешь и никакой дезодорант не спасает? Ну, если выжил, конечно, а не дефилируешь в толпе зомби в своей узкой юбке и радужном боа.
Но обычно у неё не было на это времени.
Так вот, возвращаясь к краснокожим и их голожопой природной мудрости. Они говорили, что когда будет срублено последнее дерево, когда будет отравлена последняя река, когда будет поймана последняя птица, — только тогда белые люди поймут, что деньги нельзя есть. Теперь Дороти могла добавить, что некоторыми деньгами нельзя даже подтираться – кредитками и дебетовыми картами, если что.
И что мир губило вовсе не глобальное потреблядство.
А выживание превратилось в грёбаный цирк, только не с конями, а с зомби.

[indent] - Знаешь старую шутку? – Пальцы у Дороти буквально зудят от желания закурить, но в тридцать с лишним лет (лучше считать всё-таки их, а не стаж курильщика, или то, сколько лет от жизни она себе сократила) уже пора научиться различать, когда тебе действительно нужна доза никотина, а когда – просто занять руки. – «Вегетарианец» в переводе с индейского значит «плохой охотник». И чтобы не прикрывать наши хуёвые перспективы ложью для нежных личностей, уточню: если мы не поймаем этот комок перьев…
Женщина так и продолжает стоять, цепляясь пальцами за переплетение сетки рабицы.
Называть «нежной личностью» Харпер почти оскорбление на самом деле. Есть ряд профессий, которые воспитывают в тебе способность мыслить рационально и принимать необходимые решения за себя и того парня, даже если «после» ты будешь сидеть на полу в подсобке и квакать от слёз. Есть у женских рыданий такая стадия, когда ты уже не всхлипываешь, а имена квакаешь как жаба-переросток, и если до этого состояния ты ни разу не доходила, детка – поздравляю, жизнь была к тебе на редкость милосердна.
Но в условиях зомби апокалипсиса, Дороти предпочла бы прочных напарников, а не трепетных фиалок.
- Я не пойду к Тотошке за пистолетом только потому, что мы не можем поймать одну грёбаную курятину на бульон. – Шипение у Дороти раздражённое, как будто использование детского прозвища Рида всуе – недостаточный показатель того, насколько она зла.
Не сказать, что по ту сторону – широкий простор для выгула, но их курятнику хватает. Десятка два пёстрых, черно-белых птиц перетаптываются по рыжеватой земле с проплешинами травы. Вполне себе счастливых, пока есть чистая вода и комбикорм – в аэропорт их забрали «с приданным», и будь Дот проклята, если не завидует им: в крохотных мозгах просто не умещается весь пиздец происходящего.
А ей каждый день приходится заставлять себя сосредоточиться на небольших шагах, раз за разом, один за другим.
Шаг сегодня – сварить бульон.
Подшаг первый – поймать грёбаную курицу!