Мне было совсем необязательно сегодня самому приходить и открывать смену в баре. По той простой причине, что это заведение принадлежало мне и на меня работали люди. Более того, служащим не то, чтобы напрямую, но было известно о моём основном источнике дохода. Видимо поэтому никто не брал лишних денег из кассы, только те, что им полагалось после каждой смены. Все работали как часы, особенно, когда я заваливался с бар в качестве посетителя либо со своими товарищами, либо с клиентами, в тех редких случаях, когда после удачной сделки мы не расходились в разные стороны. Сегодня было другое дело и совершенно иное желание. В голову ещё с утра, когда пришлось делать кое-какую грязную работу, втемяшилась идея о том, чтобы сегодня ночью самому постоять за барной стойкой. Я любил быть наблюдателем всего происходящего в заведении, но при этом не имел привычки много болтать с посетителями. В отличии от того же Стива, который выполнял сразу несколько функций, не считая искусного розлива алкогольных напитков по стаканам. А именно выступал в роли бармена-психолога, умея вовремя прикрыть рот и сделать вид, что он внимает каждому слову страждущего выпивохи, но также мог легко разговорить и развести на новые напитки молчаливых офисных работников, которые нередко жалели лишний раз открывать кошельки. Для меня периодическая работа в качестве бармена в собственном баре была нечто вроде сменой вида деятельности. Полдня я строил парней и взыскивал мне положенные за товар деньги с считавших себя по истине хитрыми и остроумными дельцов. Приходилось немало читать нотаций, повышать голос, нудеть, испытывать чужое терпение также, как они до этого испытывали моё, ну и организмы на скорость порчи штанов. Долго разговаривать я не любил, но если я хотел и дальше с кем-то иметь дела, приходилось читать настоящие лекции о нравах в опасной сфере бизнеса Чикаго, в которой я был далеко не маленьким человеком. После всего этого у меня случались довольно разные желания. Я мог пойти в зал, чтобы качественно отлупсонтить грушу, мог отрубиться на несколько часов в своей кровати, мог словить по дороге домой какую-нибудь цыпочку, чтобы качественно её отыметь, тем самым тоже выпуская пар. А сегодня мне хотелось побыть обычным человеком, у которого нет за плечами мокрухи и связи с холодным оружием. Это, конечно, ничего не меняло, но имело определённый эффект и ладно.
Я заворачиваю за угол, до бара остаётся не так уж и много. Да, я решил прогуляться пешком, уважал я это дело. Ещё одна возможность проветрить голову. Я никому не сообщил о том, что сегодня Стив может передохнуть, уступая мне место за баром, потому тот, скорее всего, уже был на своём посту. Ну если что мы можем разливать спиртное и на пару, ничего такого страшного не случится. Парень никогда не против заработать, а я в общем-то не такой категоричный в этом плане. В голове мыслей в конце пути практически ноль, это меня радует. Я смотрю куда-то вдаль и взгляд выцепляет девушку на скамейке, всего через дом от моего бара. Тут в это время ещё не людно, да и посетители обычно подтягиваются с другой стороны. А малая одна и в общем-то что в этом странного. Наверное, кого-то ждёт. Я не меняю скорость шага, приближаясь к ней. Замечаю, как она вскакивает на ноги на скамейке, а когда я практически поравнялся с ней спрыгивает как-то не особо ловко, приземляясь ровно в мои руки, которые инстинктивно я выставляю вперёд, чтобы удержать девчонку от падения. Чуть хмурюсь, словно кто-то специально нарушил моё личное пространство. Всего лишь случайность. Помогаю ей подняться, а потом наблюдаю ситуацию, которая не могла не привлечь моего внимания. Она роняет зажигалку и грациозно поднимает её, не торопясь, словно от этого что-то зависит сейчас. Я не в состоянии оторвать взгляд от её задницы, обтянутой шортами, короткими настолько, что основания "яблочков" обнажаются в определённом положении. Да и собственно кто мне мешает смотреть. Похоже ей-то как раз этого и хотелось. В любом случае я остановился, она меня остановила. - Нужно быть осторожнее. Я усмехаюсь, кивая в сторону брошенной сигареты. - А тебя отец не учил мусор выбрасывать в урну? Она вон там. Я поднимаю руку, складываю ладонь, указывая пальцем в сторону какого-то обычного ведра возле обшарпанного входа в какую-то богодельню, парикмахерская это что ли была, в любом случае она уже не работала в этот час. - Кого-то ждёшь? Я не встречал тебя раньше здесь. Разве маленьким девочкам родители позволяют гулять в столь уже поздний час? Со стороны это всё уже начинало походить на какую-то игру. Но я особо не вкладывал второго смысла в свои слова. Рядовые вопросы подростку, который сам привлёк моё внимание к себе. А там было чем привлекать. Сейчас, когда она выпрямилась, вперёд выпятились округлые сиськи. Девочка уже была достаточно взрослой, чтобы привлекать внимание взрослых дядей. Но пока непонятно к чему мы ведём нашу беседу, хотя её глаза горели как-то совсем не по-детски.

Я крайне не любил, когда меня задерживают не по моей на то воле. Слишком ценил своё время. А на данный момент всё выглядело примерно так, словно игру веду не я. Этого я тоже не любил. Но всё-таки было довольно трудно не впиваться взглядом в нежные прелести ещё столь молоденькой девицы, которая зачем-то выскочила на моём пути. Но глубоко осмысливать случившееся было неохота и правда. Она умело перетягивала на себя внимание и отключала рациональное мышление. Да и мне же не бандит повстречался в переулке, а довольно привлекательная молодая особа, которая вызывала во мне определённый интерес, зачем греха таить. В любом случае я никуда не торопился, но и стоять с ней болтать или, ещё чего доброго, заниматься нравоучениями не собирался. Это не моё дело и я не какой-то там блюститель закона и порядка. И её папочкой я бы быть.. нет, не хотел бы. Разве что совсем не говоря о родственных связях. Раз уж остановился, чего не пообщаться с подрастающим поколением. Тем более когда оно так явно и заметно подрастает.
- А ты плохая девочка стало быть? Усмехнулся, отмечая слишком уж неприкрытые попытки меня впечатлить. И словами громкими, и взглядом, и вот этой специально выпрямленной спиной, дабы мне поудобнее было выцеплять взглядом её сиськи. Девочка развита не по годам и, должно быть, не впервые имеет дело с такими взрослыми дядями как я. Ну что ж, допустим, мне интересно. И я даже криво улыбнулся, ловясь на её очаровательные ужимки. И брошенный окурок, собственно, практически перестал меня беспокоить. Да и не беспокоил как-то особенно. Так, способ словить волну разговора. А она эти волны укрощала как заправский сёрфер. - Отшлёпать тебя? За окурок? Я не настолько суров, однако, предложение заманчивое. И я беспристрастно наблюдаю как носок её кроссовок задвигает истлевший остаток сигареты в траву. Ну и ладно. В голову закрадываются довольно актуальные мысли о том, что она в этом возрасте уже вполне может торговать своим телом. К тому же её взгляд то и дело на короткое мгновение отрывался от меня и скользил куда-то за мою спину. Кого ей там высматривать, если не полицейский патруль, тут участок был совсем неподалёку.
- Ах, вот так значит. А я на взрослого и страшного мужчину не похож по твоему разумению? Ну, кстати, я довольно неплохо умел играть ладного медведя, когда ситуация не требовала холодного расчёта и лица кирпичом, так что сейчас вполне мог сойти за положительного героя. Ну что ж, мы вроде как тут на этом пятачке все играем какие-то роли. Интересно куда заведёт её роль и сколько за это мне придётся заплатить. В карманах было несколько смятых купюр, ничего особенно существенного, но всё-таки наличка, часть вчерашней выручки. Но она же торопится домой, верно? Значит можно ограничиться половиной счётчика. Я явно перестал смотреть на неё как на ребёнка, напротив, её этот наигранно наивный, но чаще цепкий взгляд приковывал. Поэтому, видимо, я и продолжал этот странный разговор и наблюдал как её пальчики скользят по моей рубашке. При этом я дышу также спокойно, мой пульс не сбился. Этим меня сложно удивить, однако, она вряд ли этим ограничится. - Шёл по делам. Но, кажется, их придётся немного отложить. Я не двигаюсь с места. Прекрасно давая ей возможность продолжать свою игру. Чертовка разыгралась. Не спешит пока. Но что-то мне подсказывает, что это ненадолго. Поздний вечер, неприметная подворотня. Девочка рассчитывала встретить хорошего мужчину или плохого, опционально, который заплатит ей за отсос. Так я вижу продолжение истории. Разве не так это работает? В какой-то момент я с усилием обхватываю её запястье, но потом снова отпускаю, позволяя ей продолжить. Не сбивать же ход истории, так даже интереснее. Так и есть. Снова смотрит куда-то вдаль, только уже подольше, изучающе. Видимо, всё-таки не так часто "гуляет" именно в этом парке. Я смотрю через плечо, но меня не особенно интересует место действия. Хотя отмечаю, что было бы неплохо, если бы я сейчас был при машине. Куда удобнее, чем в кустах по-молодецки.
- Проводить девочку в кусты? Я посчитаю это приглашением. Горячее дыхание обдаёт кожу на шее и в принципе задаёт тон дальнейшему диалогу. В принципе уже можно было поспешить, потому что она уже начала меня умело возбуждать, или неумело, какая разница. Но точно не по делам, бар подождёт, если я приду на полчаса позже. Бар в принципе подождёт. В общем и целом я, конечно, мог притащить её туда и забуриться с ней в каморку, это мой бар, напоминаю, но пока у меня не возникло такого желания. Было только желание ухватиться за наживку и посмотреть как это будет. Мне ещё никогда не отсасывали в кустах, нечто вроде толики адреналина я, возможно, успею словить. Потому я иду за ней, уже сам сжимая её пальцы в своей большой ладони. Не оглядываюсь, сейчас мой взгляд прикован к её миниатюрным шортикам и покачивающимся в них бёдрам.
- Ну и зачем тебе надо было в кусты? Надеюсь, за этим. Я не успеваю сам ухватить её ладонь, дабы пригвоздить её к своей ширинке, как девчушка сама умело расстёгивает молнию и сноровисто приседает у моих ног. Я только успеваю прижаться спиной к дереву да пошире расставить ноги. Взгляд падает на её макушку, я ловлю блеск её глаз и уже хочу почувствовать её губы на своём члене, так как я не на шутку завёлся от этой нашей беседы. - Покажешь большому дяде, что умеют плохие девочки, которые заблудились? Шорохи вокруг меня тут же перестали интересовать. Напрягшийся член уже вибрировал возле её лица и я сдерживался, чтобы не нарушить какие-то неписаные правила и не уткнуть личико этой малышки прямо в собственные яйца. Может у мелких шлюшек есть какие-то свои принципы, я не знаю, по крайней мере я не хотел, чтобы она остановилась на половине пути. Только руку положил на макушку и чуть убрал волосы, чтобы видеть её лицо.