Кашель режет горло, солнце режет глаза, сотрудники рейса шестьсот двадцать четыре режут себе руки, ну что ещё тут сказать? Говорить и не нужно, говорить нечего. Кто отказывается - тем помогают, кто пытается паниковать - тех затыкают. Винсент не паниковал. Какая это по счёту сигарета? А почему нога так дёргается? Сиди, не рыпайся, дыши полной грудью. Винсент шмыгает носом - по его беспорядочным глазёнкам видно, что в его организме кроме сигареты было ещё что-то: например, недосып и одна чашка кофе за весь день. И шоколадный батончик из автомата за дохрена лишних долларов. Это уже за два дня.

Бедненький.

- Нам нужен список всех пассажиров рейса, - говорят шишки с хрен знает какого этажа сегодня утром, когда Винсент, будто покорная собачка, отправляется вынюхивать этот список с горсткой таких же альтернативно одарённых, связавших свою жизнь контрактом о неразглашении, подчинении, повиновении, вопросах-не-задавании и бла-бла-бла... Даже в БДСМ-клубах у людей прав больше. Твоё право - завалить ебало и делать, что сказано.

Винсент уже второй день подтирал следы за своим начальством. Ему ещё и предъявляли - как это, спрашивается, какой-то полоумный выскочка смог вытащить одну из разработок в самолёт, а спохватились об этом уже тогда, когда шасси покинуло взлётную полосу? Тяжело существовать бок о бок с охраной предприятия такого масштаба, что всеми правдами и неправдами может затыкать рот людям из штата в штат. И вообще, разработка. Что услышал Винсент? Да-да, очень опасная, да-да, нужно искоренить все контакты с внешним миром, что с людьми? Отрезать их от общества любыми способами, не дать обратиться в больницу, не дать позвонить родным, не дать забрать малышку из детского сада. Как? Либо сами справятся - и вирус в их организме им поможет - либо поможет трагичная случайность [если ты не понял, Винсент, здесь в дело вступаешь ты]. И гора денег. Им? Да нет, идиот, зачем бабки покойникам? Тем, кто может сложить два плюс два и понять, что не просто так весь список рейса шестьсот какого-то там уже отправился в последний путь. Может, было другое решение?

Винсент. Завалить е... И делать, что сказано.

Точно.

Список. Есть один нюанс. Почти весь список. Вот это "почти" - Мария Ноэлль Деккер. Ого, знаешь полное имя - подружка твоя? Нет. Винсент уже знал, где она спит, к какому врачу ходит, что делает по субботам, кому звонит чаще всего. Кем работает? А, ну да, вот это точно бы, блять, забыли выяснить. Не догадались бы! Но шутки в сторону - Винсент уже хотел выть волком на одно из светил, ведь Хати да Сколлю досталась и то поприятнее участь, у них хотя бы были перерывы, а Винсенту нельзя было ни глаз сомкнуть, ни поссать отойти. Не знаете, кто это такие? Ну так почитайте. Погуглите. Вот эта мисс Декер должна была откинуться ещё в первой половине второго дня, но почему-то ещё оббивала пороги. Сказать, что это вызвало лёгкую панику у людей, ответственных за отдел разработок - ничего не сказать. И потому Винса подстёгивали - сидеть, ждать, ловить, смотреть. Даже шум рации в машине Моро - той самой, которая "беспалевно" стоит за углом твоего дома или квартиры - не мешал его глазам то и дело хлопать с такими задержками, что вот-вот заснёт. Проморгает. И тогда ему выкрутят яйца. Будет неприятно, наверное. Или наоборот?

Он тут уже очень долго. Его коллеги по цеху - в других точках, всего пару часов. Приказано дождаться. При любых признаках активности - скрутить, но есть ещё один нюанс. Дамочке налепили клеймо, которое в простонародье бы нарекли "особо опасным", а для них - "будьте, пожалуйста, осторожны, это очень ценный экземпляр, и может представлять... некоторую опасность". Беспокоиться о которой, как говорится, не стоило, но чуяло всё его нутро - красиво стелют, а спать будет он в гробу, если ослушается. И, тем не менее, им чётко дали понять - экземпляр ценный настолько, что не важно, в каком виде, поэтому никакого "под ручку и проводить в лабораторию". Если будет нужно - заберут в катафалке с цинковым покрытием.

Как-то слишком мрачно получается.

alternative [may act out-of-character]

Отредактировано Vincent Moroe (2023-09-11 10:55:24)

Слухи отравляют человеческий мозг.

Липкими лапами разрастались в разные стороны пути корпорации — вот взятка превращается в слежку, вот слежка превращается в прослушку, вот прослушка превращается в преследование. И речь вовсе не о нашей именитой подружке — речь о всех тех, кто был напрямую или косвенно связан с рейсом. Они знали, кто выходит на связь, знали, кто того не хотел — и уже искали способы заткнуть каждый чересчур говорливый рот. Любыми. Доступными. Методами.

У Винсента методы были на его собственное усмотрение. Напортачишь — помогут. Сделаешь хорошо — не похвалят, а примут как должное. Тонированная машина тронулась с места практически в одно время с лиловым жучком — но не плелась по пятам и порядком отставала на поворотах. Моро и так знал — вернее, предполагал и догадывался исходя из сегодняшнего «расписания» — куда направляется мисс Деккер. Ему лишь нужно было оказаться в то же время в том же месте. Винсент — очередная безликая масса, которую можно заменить, поэтому на его место у дома Деккер встаёт такой же болванчик без имени и истории. Теперь там щебечет чужая рация. Не мудрено, что среди «фанатов» на арене тоже найдется кто-нибудь из его подопечных. Не удивительно, если мальчик, которого взяли на проверку билетов за сутки до матча, тоже окажется чьими-то глазами и ушами.

Винсент вылезает из машины — волосы собраны в сумбурный пучок, на нём мешковатая куртка, тёмные очки, всё по канонам — и прямой наводкой идёт на парковку, где остановился мини-купер. Идёт напролом, но останавливается: перед ним начинают проскакивать вперёд случайные фанаты, которые загораживают путь, а с каждой секундой небольшая группа превращается в толпу. Вот ведь сумбурные идиоты. И всё ради какой-то пи... Ага, да, ради своего кумира. Не сотвори себе оного. Хотя если уж начать говорить заповедями, то Моро проиграет по всем пунктам. Это больше похоже на чек-лист, чем на список воздержания.

Не о том сейчас.

Он нервно цокает языком, разглаживает бороду, быстро меняет курс и уходит в сторону. Гондоны недоделанные. Сидели бы уже на своих вип-местах, пялились на баб с клюшками, а потом ночью дрочили на их постеры. Нет, им нужна какая-то расписка на футболке, бейсболке, на купоне из торгового центра, чтобы потом поставить в рамочку или продать на Ебэе.

Подождать? С одной стороны, время ограничено. И её нахождение здесь может быть... Вредоносным. Слово то какое. С другой стороны... А что он сделает? Перелезет через забор, шмальнёт ей меж глаз и уедет в строгача лет на тридцать, где про него забудут? Весьма самоотверженно, но нет. Будет хреново, если пострадают люди на арене — не потому что Винса заботила судьба людей, пусть хоть кровью заблюют себя и вывернутся наизнанку. Его беспокоила эта история, которая, если затянется, в перспективе будет дрянной — и по голове никого не погладят. Так. И что? Что тепеть?

«Билеты распроданы».

«Зайка, достанешь мне один?» — улетает сообщение по неизвестному адресу, на другом конце которого могла быть миниатюрная девочка-студентка, вундеркинд на практике у хозяев, или бугай два на два с прожженой седой бородой, который на этом деле съел дюжину собак. Через пару минут Винсу приходит уведомление и штрих-код с электронного билета. Супер. Сегодня Моро главный фанат в первом ряду. Гоу-гоу, Тайгерс. А, точняк, это не то. Ему удаётся пробиться через очередь побыстрее - и дело вовсе не в том, что задохлики с молоком на губах испугались дядю размером с дверной проём - и вот его пропускают внутрь. Винс осматривается, пытается найти знакомое лицо среди сотрудников арены - затем пытается найти своё место и усаживается туда, мерно выдохнув. Спокойно. Всё круто. На чилле, на расслабоне, погодите, это что, пиво за пятнадцать баксов?

Ебануться.

Осталось вытерпеть этот матч и посмотреть, куда наша малышка двинется следом. Ничего сложного. Пожалуйста, езжай домой, тебя там дети ждут. Нет детей? Ну плохо, что сказать, кошка значит ждёт. И кошки нет? Да плевать, просто свали куда-нибудь, где не будет орущей толпы. От них башка болит.

alternative [may act out-of-character]

Отредактировано Vincent Moroe (2023-09-13 15:38:43)

Чё ты пялишься?

Ну вот что ты пялишься?!

Винсент говорит это не себе. Он, будучи "профессионалом своего дела", старался не терроризировать свою цель взглядом, однако каждый раз, когда он смотрел именно на неё, их взгляды встречались. Ей заняться нечем? Клюшка жмёт? У Винсента на лице шайба? Он пережёвывает несуществующую жвачку, язык беспечно что-то выискивает по внутреннему нёбу. Курить. Но он не может выйти на пару минут. Покурит потом. Ему говорили - присмотрись к парилками, к вот этой всей фигне, которую нынче молодёжь в рот суёт. Но чего только молодёжь в рот не сует - поэтому Винс остался приверженцем консерватизма. Убейте лучше.

Моро сдерживает себя, чтобы не заржать и не начать томно хлопать в ладоши, когда бабёнка вписывается с размаху в борт. Вот это спорт, вот это я понимаю! Не удивительно, что ему нравилось смотреть женские ММА бои - нет ничего более потешного, чем две бабы со здоровенными банками друг друга таскающие по полу, мудохаясь по очереди. Но взъерошенная толпа явно не в восторге от происходящего, благодарить её не будут за ошибки. Вот и Винсент не стал выделяться. Ещё.

Что. Ты. ПЯЛИШЬСЯ?!

Игра закончилась быстрее, чем Моро предполагал. Эта пытка вечной быть не могла. Хотя ему даже понравилось бы, удели он побольше внимания самому процессу. Он, подобно роботу, совершает свой ритуал: достать, сжать зубами, поджечь, втянуть, выдохнуть. Аж пробирает. До чего божественная штука, этот ваш рак лёгких в сорок лет. Но Винс проверялся - он тот ещё живчик. До самой кончины смерть проживёт всю жизнь, а самых красивых и юных - отнимет холод могил. Винсент бы до такого не додумался, а вот Жан Жене - да. "Запоминай, утырок, умнее будешь" - сказали ему, - "Нахер проводить?" - ответил Винсент. Но ведь запомнил же!

- Центральный выход, - моментально лепечет наушник, который с Моро даже не сняли, ведь всем давно плевать на безопаность. Он бы сумел пулемёт на эту арену пронести.  Пу-пу-пу. Винс срывается с места настолько резко, что сбил бы ближайшего прохожего. Взглядом ловит ускользающую ни разу не подозрительную фигуру, собранную, миниатюрную и по заветам всех фильмов, в каком-то балахоне с капюшончиком. Помогает ровно так же, как и очки Винсента. Они так, для галочки.

Шаг у него пошире будет, поэтому и догнать Деккер было не сложно. Знаете, будь они где-нибудь в Бразилии или Колумбии, её бы ещё по пути сюда шлёпнули, подъехав на мотоцикле, и никто бы не спохватился. Там политиков режут прямо в зале суда, а тут какая-то звезда второго плана. А ему приходится нянчиться с ней. Винсент держит дистанцию, но постепенно эта дистанция сокращается. Сбросить её в воду что ли? Пусть покричит. Хотя плавает она, наверное, получше Моро. Эх. Хотя если перед этим выбить весь воздух, то и кричать, и дышать будет нечем. Того же эффекта можно добиться даже с помощью провода от фена у неё в ванной. Нет, это не фетиш, просто удобно. Потом красивая верёвочка и делаем вид, что, Господи, она не смогла вынести позора, вообще была в глубокой депресии и очередная промашка перед лицом тысячи фанатов была роковой...

Такой идиотский заголовок получится, Ей Богу.

И даже ни разу не обернётся? Да что с ней вообще не так? Винс уже мог попросту скрутить её, вот-вот и накинет локоть через горло, но бойся своих мыслей - она не просто разворачивается, она ещё и беспечно поболтать решает! Кстати, он и не собирался. О ней же спохватятся через полчаса. Он же не дебил. Хотя всё таки временами дебил.

- А это единственное, что вам кажется странным? Больше ничего не напрягает, ничего не чувствуете? - тцс, сразу пассивная агрессия, сразу к делу, ну какой же Винсент молодец, - Мне нужно с вами поговорить, желательно без лишних ушей, и если сложите два плюс два, то уже знаете, о чём, - вот этот его загадочно-угрожающий тон звучал прямолинейно и со знанием дела, вопрос не риторический. Не будет же твой тайный преследователь вот так раскрывать все карты - а тут хоба, и сразу с козырей, и уединиться хочет, и намекает, что уже всё знает. И правда знает - меньше по телефону нужно болтать. Хотя попытка звучать секретным агентом ноль ноль ноль может показаться настолько наглой, что даже сработает. Только если она как дура заорёт "оставьте меня в покое" или ещё чего похуже. Чего похуже - это ускоренное сердцебиение Винсента, который тоже умел считать. Если она впитала в себя вот эту дрянь с самолёта, то он ни малейшего представления не имел о том, что именно с ней не так. Вдруг лазерами из глаз стреляет или дыхание у неё заразное, но тогда всем, кто сегодня с ней контактировал, включая Винсента, полная жопа. А может с одного удара отправит его чесать рожей асфальт. Или ещё какой нонсенс.

Первая попытка - побыть сталкером [ей, наверное, не впервой, звезда же...]; вторая попытка - прикинуться новым "другом" или важной шишкой. Только ксивы нет. Хотя нет, погодите, есть - её он показал ещё как только раскрыл рот. Бейджик на бедре, под курткой, на котором указана дочерняя фиктивная исследовательская компания их любимой Злой Корпорации™,  чьё название несущественно, а род деятельности весьма абстрактен. "Старший специалист по вопросам безопасности и бла-бла-бла". Вместо имени только инициалы, из соображений реальной безопасности. Сбежит и попытается нарыть информацию - ничего подозрительного не найдёт, только поймет, что ошиблась.

Ему нужно было поменьше излучать угрозу, побольше оперировать силами добра. Выйти на диалог. Дать понять, что он здесь ради неё - что в любом случае было правдой - и попытается ей помочь.

alternative [may act out-of-character]

Отредактировано Vincent Moroe (2023-09-13 15:38:55)

Он так хочет улыбнуться.

Прямо оскалиться, выслушивая строптивую брехню, которая несёт эта мисс - Моро предпочёл бы, чтобы она заткнула пасть и больше её никогда не открывала, но, о чудо, Винсент не чурается более нежного подхода. Вернее, он был вынужден сперва пойти на диалог. Если вас уже заметили - то чем лишний раз пугать эту бабу своим силуэтом в окне, лучше заявить о себе во всеуслышание. А что? Пойдёт в полицию? Дак пусть идёт. Только уже не Моро за этим проследит - и вот тогда церемониться ему и шанса не дадут. Правда, в таком случае путь за решётку ему обеспечен, но чего не сделаешь ради пресловутой миссии, верно? Либо тебя, либо... Тебя.

Так вот. Стоит, как вкопанный. Рожа его - похлеще кирпича, не меняется ни когда он смягчает тон, ни когда этот тон преисполнен угрозами с первого взгляда. Нет, нет, он не пытался угрожать, он пытался п о м о ч ь, как вы не понимаете?! Видимо, придётся объяснять повторно.

— Вы - да [живы], — он клонит голову набок, подкидывая дамочке идей для размышления, ибо информация эта конфиденциальна; впрочем, на это уже тоже насрали с высокой колокольни девочки-сплетницы, которым либо бабок мало, либо мозгов, — На сплетницу - нет, но и на безответственного человека - тоже. Впрочем... Если вдруг кому-то из ваших знакомых или близких станет...

Плохо. Вне контекста звучит не особо приятно. Но фраза Винсента обрывается, когда неподалёку от них шуршит кустарник, а из-за поворота неприметно выскакивает очередной любитель активного образа жизни - неуклюжий бегун, который, кажется, и не придал значения парочке, зависшей чуть ли не посреди дороги. Ать-два, в наушники, бедром об ветки - и дальше, набирать километры для разговаривающих с тобой часов. Молодец, так держать, скоро и целлюлит сгонишь!

— Малолюдно, говорите, — подначивает Винсент, однако все свои силы прикладывает к тому, чтобы нести пургу с серьёзным лицом и не давать Деккер повода считать, что он подкалывает её или взводит прикола ради, шутки, знаете ли, кончились, — Если им станет плохо, или Вам, то Вы знаете, куда обратиться, — "не в больницу", надеюсь, договаривать не придётся, мисс Деккер? Правильно приняли информацию о том, что они не помогут? Или нет? Винсент к тому моменту уже достал из одного кармана небольшую картоночку с теми же инициалами и одноразовым номером телефона, показательно повертел, будто нет в ней ничего страшного - и переложил её в чужой карман напротив. Пусть хоть руку ему отобьёт или в реку выкинет. Разговор будет покороче.

— Но это может быть непроверенная информация, не соответствующая истине, — Винсент пожимает плечами, вздохнув шумно, пока отзеркаливает дамочке её же фразу. Ведь если что, Мари, винить будет некого, кроме себя. Помучайся немного, подумай, пораскинь своими подледеневшими мозгами — глядишь, паранойя приведёт тебя куда нужно. Ведь лучше сразу понять, что происходит, чем поставить здоровье близких под удар.

— Здорово. Не буду задерживать. У меня планов на вечер никаких нет. Не повредите себе что-нибудь, снова, — с этими словами Винсент сходит с места, предварительно весьма внезапно, но поверхностно хлопнув нашу звёздочку ладонью по плечу [лапы то длиннющие], пока проходит мимо. Как будто игнорирует её предупреждение - пусть орёт, чего уж тут, только зеваки сразу мобилу достанут и в сеть её выложат - или это был жест исключительно дружеский. Или он мягко намекнул, что личного пространства у Деккер куда меньше, чем кажется - а уж таких людей, как Винс, это и вовсе не волновало. Звёзд с неба не хватаем. Хватаем их в переулках и на набережных. Но весь этот цирк - какая-то прелюдия, которая Моро не нравилась. Быть может, он зря вообще дышал рядом с ней - и уже в зоне риска, но в таком случае надежда была лишь на то, что "добрый доктор" окажется не линчевателем и уже придумал лекарство от недуга, потому у Моро не случится лихорадка или кровь из глаз и всех отверстий. Ох уж эта рулетка, случайности!

Он не обернутся и тут же отправился другой дорогой назад, к машине. Ему предстояло вернуться на исходную позицию - во дворик рядом с домом Деккер. Позвонит сегодня - круто. Не позвонит - либо подождёт, если хватит терпения или если не будет новой команды "фас", подгоняющей рывком ошейника, либо сам себя пригласит в гости.

Увлекательная у него всё таки жизнь, получается.

Отредактировано Vincent Moroe (2023-09-15 18:35:43)

Прошло много времени. Или Винсенту так показалось. Но просиживать штаны - это уже формально его вторая работа, глядишь, пригодился бы в каком-нибудь офисе. А что? Стал бы айтишником или бухгалтеров. Циферки считать, получать свои кровные и не рисковать ничем, кроме нервов окружающих. Обычно в одной комнате запирают с Винни, а не Винни с кем-то. Проще уволить, чем пробиться через эту забетонированную черепную коробку, где свет горит, но дома уже давно никого нет.

Свет горел и в интересующей его квартире.

Честное слово, когда он сместил своего горе-сменщика, жизнь сразу стала легче - не нужно шкериться по углам, прятать тачку, выглядывать из-за угла, когда отходишь поссать, лишь бы не пропустить чего важного. Моро уже заявил о себе достаточно, чтобы привлечь внимание. Желательно, одной единственной леди. Но они вроде друг друга поняли. Раз уж за весь вечер на этой улице не промелькнуло ни одного копа или разъярённой разведёнки с битой, которая, помимо борьбы за права женщин и детей, пришла бы бороться с мужиком-угнетателем, который присел на шею её подружке. Короче, проблем не было. Никаких. Кроме одной большой и жирной, мельтешащей подсознательно каждую минуту.

Минута за минутой. Так сложился час. И два. И... Это что? Она на улицу вышла?! Первое желание у него было дать заднюю и по газам, но ему стало интересно. Невозмутимо сидит себе в машине, ждёт, пока она подберется поближе - но на запах кофе реагирует даже сквозь железную обшивку и стеклянные окошки. Блин. Может, у неё и какая-нибудь шоколадка найдётся? Или это уже слишком нагло? А что? Винсент любит сникерсы. И всякую такую похожую дрянь. Они вкусные.

Эй, эй, киса, притормози.

Наглости этой девке не занимать местами как и самому Винсенту. Он приоткрывает окошко, чтобы оценить свои шансы дотянуться до стаканчика. Придётся выходить - это он и делает, прихлопнув за собой дверь. Надеюсь, не отравленный? Ладно уж, она ведь сама невинность. Без всяких "спасибо" и "не стоило" касается губами стаканчика, а потом жадно вливает в себя почти что разом. Оно ему надо. Аж прозрел. Терпкая дрянь, режущая по горлу. Ну да ладно. Они тут не кофе собрались обсуждать.

— Тц-к, — цоканьем осаждает мисс Деккер, как какую-то зарвавшуюся собачку, которой нужно было всё и сразу, так ещё и по своим правилам; не-а, так они не договаривались, — Не так быстро. Сначала подальше от..., — он обводит рукой со стаканчиком всю улицу, а затем пуляет его ловким движением в ближайшую урну прямо рядом с тачкой. Винсент предупреждал. Ему не нужна прогулка под луной или вдоль набережной, он заказывал тет-а-тет в четырёх стенах.

— Посмотрим новости. Расскажешь, почему решила всё таки пойти на контакт, — он гаденько улыбается, едва различимо, но затем пережёвывает что-то несуществующее [точно, сигарету] и будто намеренно избегает её вопроса. Вопросов. Достает из пачки последнюю штуку - и как не заметил, что они закончились? - быстро прикуривает, нервно затягивается посильнее, хоть с виду всё так же скучен. Что-то сподвигло девчонку самостоятельно нарваться на неприятности. Этим чем-то могли быть едкие мысли, а могли быть и дурные знамения. Или ещё что. Пока что едким был только дым, смоляной, терпкий, что даже от нахождения рядом с пропахшими до дури вещами Винсента можно было подхватить рак лёгких. А тут он сам, во плоти, раскуривает источник своих проблем - спасибо, что не в лицо дамочке выдыхает, а куда-то в сторону.

— Можешь даже облапать мою куртку и носки, никаких жучков и волшебных палочек, просто поговорим, — это правда, ни заточек, ни пистолетов при себе Винсент не имел. Если они и были, то остались в бардачке его машины. Почему так безалаберно? Потому что он не хотел сеять ещё большую панику. Ведь, при необходимости, задушить кого-нибудь можно и шнурками, а в квартирке избалованной локальной звезды хоккея наверняка найдётся что-нибудь для жизни потенциально опасное. Да хоть ножкой от табуретки человека можно заебашить. Наука не сложная. Банальная и варварская. Впрочем, Винсент намеренно не говорил о какой-то опасности, ведь изначально он ей вовсе не угрожал. Так, припугивал красивыми словами, но и пугалки это не были наверняка адресованы ей или её семье. Скорее наоборот. Вынуждали думать, что опасность таилась... Где-то. Вот где - сейчас и выясним.

— Не сопротивляйся. Дальше лучше не будет. Ты сама это понимаешь. Можем обсудить всё сейчас, а можем тянуть кота за... Ну да ладно.

— Мгм, — поддакивающе бубнит Винсент, скривив уголками губ, скривив и душой. Любопытно ей стало. Она и врать даже не пыталась, больше похоже было на сарказм, ведь если и врала - то абсолютно бездарно. Впрочем, Винс не лучше - но он предпочитал "не договаривать", нежели разводить её. Господь Всемогущий, и нахрена он пытается что-то исправить? Вот прямо сейчас дать ей в жбан локтем в надежде, что получится вырубить, а потом уже отдать старшеньким на попечение. У него что, совесть колется в причинном месте? Давно добрых дел не делал?

Да какие тут добрые дела. Может, ему просто хотелось сделать что-то немного иначе. Не так банально и грубо. Ему ведь не давали прямого приказа, не выдали методичку, не пишут по утрам смски категории "алло, ну чё там с...".

Винс приподнимает бровь в немом вопросе, выдыхает, и намеренно игнорирует опасения дамочки.

— О, поверь, твоя живая стена из слюнтяев-фанатиков, которые снесли бы меня лавиной, куда страшнее, чем преследование по закону или бюрократическая волокита. Один пост в твиттер с геолокацией и ты в ажуре, — совсем не по делу и не в такт разговора отшучивается Винсент, пропуская раздражённые нотки в своей речи. Ему не доставило никакого удовольствия как стоять среди фанатов Деккер на парковке, так и сидеть в первом ряду. Слюни долетали даже до его бороды после каждого более-менее удачного выпада со стороны хоккеистки. Ужас. Теперь хочется помыться.

Придумал ей целую схему для самозащиты. Шутки ради, конечно же. Не дай, блять, Бог, она правда это сделает - Винсент сначала убьёт всех в комнате, а потом уже себя.

Впрочем... Возвращаясь к разговорам о совести. Интересно, могут ли они как-то друг другу помочь? Не то, чтобы Винсу нужна была помощь. Его дело плёвое. Не задавай вопросов. Будешь крепче спать. Но что с этой Марией то не так? Вдруг для неё есть куда более удачный выход из этой ситуации, чем в ящик под землю, в лабораторию подопытной крысой или в заголовки газет с каким-нибудь звенящим названием, что искать её будет весь Интерпол. Может, воду в вино превращать умеет? А что? Тогда Винсент встанет на колено и лично увезёт её первым рейсом на Мальдивы. Там воды - ужраться. Ладно, ладно, от такого люди в самолётах штабелями не дохнут. А из-за неё ли сдохли?

Пока Винсента все эти мысли терзали, он заметно притих и заткнулся. Будто подзавис. И повисла неловкая тишина. Очухавшись, он хлопнул ладонями по крыше машины, ещё раз прикинул предложение Деккер и уже был готов на него согласиться - вот так просто.

— А, карточку прочитала, значит, — отдаёт должное тому, что теперь к Винсу обращаются по "типа" имени, а после открывает салон со стороны пассажира, чтобы усадить туда девчонку и после этого сразу дать по газам куда-то там, — Звучит приемлемо. Ну что, разрешишь подвезти или снова будем брыкаться? Дорогу покажешь. Или я её уже знаю. Тут не так много в округе отелей.

Сейчас они ещё на этом не сойдутся. Проверяйте. В лилового жука Винс не полезет - у него ещё есть самоуважение.

Вот они, две подружки - Винсент и Мария - дрим-тим. Стоят себе, обсуждают социальные достижения второй, распивают что-то на кофейном, ещё немного и подружатся. В ответ на чужие слова - "да-да, держи в курсе" в голове Моро, ему ли не насрать, нравится оно ей или нет? Играла бы тогда у себя во дворе на коробке за двадцать баксов. Правда компанию ей бы тогда составляла толпа мужиков с вопросами «занята сегодня вечером?» и прочий ширпотреб, которому до профессиональной сцены как до Юпитера.

С лицом, умудрённым опытом, кивает многозначительно и по несколько раз на её хвалебные оды той колымаге, которую Деккер звала машиной. Его не хуже - вернее, даже не его, а корпоративная. Ещё бы Винсент на таких разъезжал. В юношеские годы он бы с удовольствием угнал её при первой возможности, перебил номера и сбагрил за полстоимости. Да даже за четверть. Но сейчас он разве что мог вежливо и с улыбочкой согласиться беречь и хранить этот кусок металла, как родную дочь. А то штраф превысит его годовой оклад - с чем приходилось мириться. Когда Моро забирается в машину, первым желанием становится закрыть её изнутри - и двери щёлкают, но открываются тотчас же, когда они добираются до отеля. Винсу хватает только беглого взгляда в телефон, чтобы проложить кратчайший путь и не завезти звёздочку в какие-нибудь отдалённые уголки города, где их уже будет ждать целая свита.

Таксипортация прошла успешно. Без спроса он паркуется чуть дальше положенного, не оставляя машину при входе. На входе же - гаденько лыбится, поправляет капюшон на куртке и стремится остаться снаружи, но всё равно приходится вваливаться всей тушей через стеклянные двери. Успевает только выудить телефон, пока Деккер уверенно спешит вперёд, раз-два-три и что-то кому-то там отправляет. Навстречу им не выбегает какой-нибудь лобби-бой, они приехали сюда без багажа на целую арабскую семью, да и помощь им никакая не требовалась. Короче, и на Гранд Будапешт это похоже не было, и сами они не похожи на достопочтенных персон - Деккер на мисс Ди так уж точно. Главное, чтобы не повторила её судьбу, а то отель потом не отмоется.

- Не волнуйтесь, я сопровождающий, проживать не буду, - добродушно отвечает Винсент на вопросы дамы по ту сторону стойки, чтобы не предоставлять свои документы. Думается ему, что кто-нибудь здесь Деккер и узнает, а если нет - забьёт в поисковик, выпишет какой-нибудь комплимент и отпустит восвояси даже если та при себе из документов будет иметь разве что джерси со своей фамилией на спине. Вот он, прекрасный мир капитализма - либо значительные бабки, либо заметное лицо. В тоне его голоса читается столько доброты и понимания, сколько его спутница не получала от "Винни" за целый день.

Что там, новобрачные? Да это комплимент. Может, конечно, есть у таких мелких девчушек какой-то... Как это называется? Кинк? Да, на каком-то таком языке разговаривали девочки в отделе секьюрити, к которым Винс обращался, когда его навыки обращения с системами наблюдения и всей такой приблудой не отвечали необходимым. Ваш рост обязательно должен быть с жирафа, а плечи - со слона. Идеальная стена для защиты от внешнего мира. Винс угукает, благодарит, лепечет что-то невнятное в ответ на вопросы девушки, уверяя её, что им ничего не нужно, а в случае чего "мисс Деккер" свяжется с ними.

Ведёт себя паинькой - следует указателям, не кивая, не разбрасываясь руками в разные стороны и не подгоняя ни себя, ни Деккер. Кто он такой, чтобы ей указывать? Вот пусть так и думают. Следующая неловкая остановка - лифт, в котором они оказываются вдвоём, и, что предсказуемо, где Винсент занимает большую часть пространства. Могли бы проехаться молча... А, нет, не могли.

- А что, комфорт у тебя не в почёте? Я же не собираюсь оставаться здесь на всю ночь, - будто заявочка на то, что Винс оставит её в покое через пару часов, а то и меньше, отвяжется и уберётся если не из её жизни, то как минимум из номера. Лифт не застревает, толпа туристов разных национальной не вваливается на одном из этажей внутрь, и они мирно доезжают до своего энного этажа, где первым делом выискивает таблички с номерами и указывает нужную дверь. Ключик то у девчонки. Он запоминает циферки соседних номеров, чтобы затем ещё раз залезть в свой телефон, а первым делом, попав в номер, открывает окно и расчехляет пачку сигарет.

- Надеюсь, ты подписала бумажку о штрафах, - подначивает он, почувствовав, что его руки развязаны. Теперь то уж точно. Тут лишних глаз нет, ушей - тоже, пожарка так просто не сработает, и единственное, с чем Деккер придётся мириться, так это с запахом. Пока в одной его руке сигарета, в другой - пульт от телевизора, которому он прибавил звука, и начал удалённо листать каналы туда-сюда. Минуту. Две. Не начинает разговор, на вопросы тоже не отвечает, просто клацает по кнопкам.

Ничего.

- Для такого свежего события каналы как-то не спешат с жёсткими заголовками. А инфоповод то неплохой, - Винс останавливается на каком-то одном, который местами перебивает его слова, но и не ревёт на весь отель - внимание соседей, которых может и нет вовсе, им не нужно. Хотя тут наверняка местный контингент привык к музыке с колонок, запаху гидропоники и звукам траходрома слева, справа, сверху, снизу... Но пока они добирались до номера, ничего такого Винсент не заприметил.

- Ну что, расскажешь, что было в самолёте? - спрашивает так, будто и сам не знает. Да, у них был сотрудник, вышедший из-под контроля. Да, он знатно обосрался, и теперь из-за него весь этот сыр-бор разгребает бравая неизвестная фирма. Ему как-то нужно было заставить Деккер сотрудничать на невыгодных для неё условиях, либо заставить её замолчать. И первое, и второе - вопрос весьма деликатный. Пока что на её вопросы отвечать он не стремился. Только задавал свои.

- Может, что-то выбивающееся. Или странное. Или кто-то странный. Звуки, действия, поведение людей, - справедливости ради, всем этим вопросам есть один большой обоснуй - Винс знал обо всём лишь на бумаге, но не из первых уст. Конечно, спросить то было не у кого. Неужели вот так просто и бесследно всё случилось? Разбилось что-то во время джетлага, когда суетной мужичок обронил свой дипломат, или решил пустить себе по вене свою же наработку, пока отходил в толчок... Это уже не так важно. Ей вот повезло. Повезло ли?

- И как себя чувствуешь?

Забота, не иначе. Но вопрос с подвохом. Мария тоже должна это понимать. С ней что-то...

Не так.

Отредактировано Vincent Moroe (2023-10-20 11:19:10)