После начала апокалипсиса понятие продолжительности жизни потеряло весь смысл. Теперь выживает сильнейший. Ну, или тот, кому больше повезёт. В новом мире даже одна дурацкая царапина может привести к смерти - что уж говорить о зомбаках. Тибоун как-то уже потерял приятеля, напоровшегося на кусок зараженного металла, а теперь и сам продырявил себе предплечье на одной из вылазок. И парень переживал бы слегка меньше, если бы место, которое они со скаутами зачистили, предварительно не кишило мертвецами, и если бы железка, вонзившаяся ему в руку, не была испачкана то ли в крови, то ли во ржавчине. Вернувшись в поселение, Тибоун уже не понимал, от чего он так вспотел. Заражение? Нервы? Жара? Все вместе? Тибоун невольно накручивал себе в голове разные варианты разворота событий. Перевязанная на скорую руку рана была довольно глубокой, оттого кровоточила и ныла. И, хотя на Тибоуне все заживало, как на собаке, первое время он все равно пыхтел и поджимал губы от боли.

Тибоун, хоть и имел представление об инструментах, дезинфекции и последствиях, не решался зашивать рану самостоятельно. Однажды он уже пытался это сделать и чуть не упал в обморок от боли - практиковать такое на ком-то другом всегда проще, чем на себе. Сайрус лучше дождётся, пока единственный врач поселения - Бетти - освободится, чем будет ковырять собственные болячки. Тем более, рана не кажется такой уж смертельной: на первый взгляд она всего сантиметром в глубину и примерно семью - в ширину, будто в предплечье вонзили нож и поводили туда-сюда. В целом, если на ране не зацикливаться, то и болит она будто бы меньше.

Дойдя до медсанчасти, Тибоун скинул с плеч рюкзак и плюхнулся на лестницу, зажмурившись от боли от неаккуратного движения. В очереди было ещё двое пострадавших ребят, и ещё несколько - внутри, в лазарете. Многие жители Долины из-за аномальной жары схватили солнечный удар, поэтому работы у врача было хоть отбавляй. Сам же Тибоун на солнце плавится, как кусок сливочного масла, поэтому даже удивительно, как сам он до сих пор не слег. Парень сидел, оперевшись на перила, и удивлялся, как хлюпких зомбаков ещё окончательно не расплавило на калифорнийской жаре. Выжившим после двух часов на солнце хочется вешаться, а мёртвым - хоть бы что. Живучие твари. Забавно, да? Тибоун ухмыльнулся сам себе.

Тибоун даже не поздоровался с ребятами, стоявшими рядом. Он, как контуженный, смотрел за происходящим вокруг, зажимая рану другой рукой. Время тянулось бесконечно, во рту пересохло… Еще чуть-чуть, и Тибоун уснет прямо на месте. Парень даже, было, клюнул носом, как вдруг сонно поднял голову и посмотрел в сторону главного входа. По направлению к санчасти шла девушка, которую он никогда не видел ранее. Новенькая в поселении? Тибоун даже взбодрился и приподнялся, чтобы разглядеть ее получше. Солнце слепило глаза, но парень все же кое-что заметил: во-первых, она невероятно красива. Во-вторых, она напомнила ему одноклассницу из начальной школы, в которую он когда-то был влюблен. Но второе - это вряд ли. Незнакомке было явно больше двадцати, а бывшая одноклассница уже лет десять живет на другом континенте. Ну, или не живет.

Когда девушка уверенной походкой подошла к двери санчасти, Тибоун уже встал на ноги, выпрямился и откашлялся - у него есть только один шанс произвести первое впечатление.

- Привет. Нужна помощь? Хотя, похоже, ты знаешь, куда идешь, - Сайрус протянул девушке руку и на момент запнулся, завороженный ее медово-зелеными глазами. - Не видел тебя тут раньше, - сказал Тибоун, аккуратно осматривая незнакомку на предмет холодного или огнестрельного оружия. Сайрус пытался не выдать чрезмерного любопытства, но, кажется, прокололся. По крайней мере, ему удалось выяснить, что девушка не представляет опасности. Хотя по глазам читалось, что держать удар она все-таки умеет.

Отредактировано T-Bone Cyrus (2023-10-21 03:04:26)