месяцем ранее
Когда-то Бэт с трудом удавалось перебарывать приступы тошноты и рвотные позывы, она отводила глаза, вся собиралась в напряженный комок самообладания, тесно граничащего с беспредельным ужасом и истерикой. Теперь же развешанные по блёклому помещению отдельные фрагменты человеческих тел вызывали в ней лишь чувство безысходности. Но ни следа от прежних ее порывов убежать не осталось, словно и ее самой здесь больше не было, остался лишь намек на физическое воплощение женщины, какой она когда-то была. Может, именно так люди растрачивают собственную душу? Теряют человеческий облик, превращаясь в животных.
Здесь было холодно, даже слишком. Специально оборудованный под землей погреб, надежно защищенный от любых проникновений солнечного света, обеспечивал хотя бы приблизительную иллюзию подобающего хранения "мясных продуктов". Не смотря на то, что Бэт открыла крышку погреба совсем ненадолго и поспешно спустилась вниз, осторожно приседая на крутых деревянных ступеньках, снаружи немедленно потянулся манящий аромат копоти, плотный и очень характерный. Там почти всегда вялили то, что уже нельзя было сохранить здесь, в темноте и прохладе.
- Барри? - Тихонько позвала она мужчину, который в каком-то смысле представлял собой того, кто несет ответственность за все, что здесь происходит. Все звали его мясником, но у нее от этого прозвища кровь стыла в жилах, как и от него самого. С другой стороны, она бы предпочла находиться здесь вместе с ним, чем остаться одной. Что угодно, только не это.
- Ты, цветочек? Давай, заходи! Отнеси этим бедолагам пожрать, у меня дел по горло, - он гортанно расхохотался, прерывая свое жуткое кровавое действо, происходившее на разделочном столе, - по горло! Ну ты поняла?
Бэт натянуто улыбнулась, гладя с лестницы прямо на него. Ей не терпелось услышать, где именно забрать тарелки и поскорее отсюда убраться, но Барри страшно не любил, когда его перебиваюсь или торопят, потому она просто кивнула и стала ждать, когда он закончит потешаться над собственной шуткой.
- Че, не смешно? Ай, - отмахнулся он от девушки, которая очевидно не выдала ту бурю эмоций, которую ему хотелось бы получить, - Вот там возьми похлебку и возвращайся поскорее, твой муженек дал добро, мне тут лишние руки не помешают.
Он кивнул в сторону. Над небольшой железной ванной, когда-то вероятно предназначавшейся для купания детей, теперь за ноги был подвешен обезглавленный труп женщины, в котором Бэт немедленно узнала одну из новоприбывших. Она не знала ее имени, но точно помнила одежду, теперь кучей валяющуюся неподалеку, ее скоро должны были забрать и сжечь. Кровь уже не лилась активно, но все еще продолжала капать вниз, вязкими струйками присоединяясь к остальной скопившейся массе. Руки были плотно привязаны к телу, и Бэт не имела ни малейшего понятия, влияет ли это на что-то или болтающиеся конечности Барри попросту бесят.
- Не мнись, быстрее давай!

сейчас
Набравшиеся сил, они потратили может быть пару дней, чтобы добраться до выбранного ранее пункта назначения. Каждый с небольшой поклажей, кто с рюкзаком, кто просто с плечевой мешковатой сумкой, явно сделанной кем-то вручную. Иерихон любезно поделился с ними своими богатствами, и Бэт могла лишь примерно догадываться, в чем реальная причина столь невиданной щедрости. Дела у поселения шли не то чтобы великолепно, за время своего пребывания там, каждый из них мог в этом убедиться. И все же Рэндалл Флэгг оказался достаточно гостеприимным хозяином, даже слишком говоря откровенно. Бэт не присутствовала на переговорах двух лидеров, но почему-то Джонатан доверял пастору настолько, что повел своих людей к нему, не раздумывая. Что они обещали друг другу, какова будет цена? Наверное, этим вопросом стоило бы задаться сразу, но на кону стояло их выживание, ни больше, ни меньше. Когда-то у нее не возникло бы сомнений касательно того, что тут в приоритете, честность или выгода. Но Бэт уже не была тем человеком, бесконечно прячущимся за другими, она знала, что больше не может безоговорочно следовать своему моральному компасу, потому что вероятнее всего он приведет ее к смерти.
Они единым строем пробирались вдоль главной улицы, стараясь сохранять тишину, насколько это было возможно. Численность группы заметно увеличилась, среди них появилось несколько мужчин и женщин, и теперь они действительно выглядели как люди, к которым не стоит подходить без опаски быть убитым. Бэт вдруг показалось, что даже она могла бы при желании выглядеть угрожающе, но это лишь иллюзия. Внешне она выглядела по-прежнему, однако чувствовала себя иначе, будто ее плечи расправились, будто она уже не стремиться как можно ниже припасть к земле, стараясь быть незаметной. Что-то новое пробуждалось внутри нее, но возможно это лишь очередной выброс адреналина?
- У нас есть уверенность, что там безопасно? Карты старые, вдруг, там уже камня на камне не осталось? - Она шла по правую руку от Джонатана и говорила так тихо, что едва ли ее мог услышать кто-то, помимо него. По какой-то причине ему нравилось держать ее возле себя, если это можно так назвать. Он не редко вел с ней беседы, еще находясь в плену. Вначале Бэт казалось, что он надеется, будто она поможет ему сбежать, но сейчас она была уверена, что он разглядел в ней нечто, чего она сама не понимала. Так или иначе, а рядом с ним она и сама чувствовала себя увереннее, сильнее, решительнее что ли. Потому в последнее время не боялась задавать вопросы, которые ее действительно беспокоили.
Но горизонте показался слегка покосившийся невысокий забор, выполняющий скорее обозначающую территорию функцию, нежели действительно защищающий от чего-то. При желании его запросто можно было снести автомобилем, а уж большое скопление зомби и того справится с ним в два счета, даже Бэт это понимала. Где-то по ту сторону забора показалось какое-то движение. Зомби девушку давно не пугали, но ей редко доводилось сталкиваться с ними что называется лоб в лоб, а по всей видимости, Джонатан ждал от нее и этого. Она нервно посмотрела на него снизу вверх, ожидания каких-то напутственных слов. У него это хорошо получалось.