

Эления Солт, Джерри Кейтель, поселение "Триада"
Отредактировано Jerry Keitel (2024-01-12 12:05:55)


No signal |
Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.
Вы здесь » No signal » эпизоды » незавершённые » [21.10.2023] Quando omni flunkus moritati


Эления Солт, Джерри Кейтель, поселение "Триада"
Отредактировано Jerry Keitel (2024-01-12 12:05:55)
После ажиотажа тех дней, когда они с Лили доводили до ума тягач, готовя его к самоубийственной миссии, мастерская кажется Джерри слишком пустой и слишком тихой. Отставленные на время подготовки к нападению на "Крипс" дела требуют внимания - на верстаках вдоль стен ждут своего часа бензонасос из фургона и масляный фильтр с одного из пикапов, над одной из смотровых ям ржавеет старый полицейский форд-перехватчик, с которого они с Лили хотели снять сборочный узел и укрепленную раму... Джерри, спускаясь и поднимаясь по лестнице в жилое помещение на втором этаже, старательно отводит глаза от форда, делает вид, что к нему это все не относится, пользуясь тем, что в условиях дефицита топлива нет потребности и в большом автопарке.
Здесь слишком много Лили - Джерри постоянно натыкается на какие-то ее следы, то найдет резинку для волос, надетую на дверную ручку, то лом, который она собиралась перепаять во что-то дельное, а пару раз ему казалось, что он слышал ее шаги, занимаясь каким-то мелким срочным ремонтом, от которого никак не увильнуть, поднимал голову, готовый позвать и предложить посмотреть, вот что эти черти превратили трансмиссию, и только с опозданием вспоминал, что это не Лили и никак не может быть Лили.
Там, снаружи, жизнь идет своим чередом - только так и можно выживать в этом новом мире, это любой скажет, только не задумываясь лишний раз, делая вид, что все в порядке, вычеркивая мертвецов из памяти через два, три, четыре положенных дня, делая вид, что их никогда не было, чтобы не сойти с ума, не утонуть в этом бесконечном списке потерь, и Джерри понимает, почему так, и знает, что так правильно и что иначе не выжить, но здесь, в мастерской, еще слишком много Лили и ему никак не забыть о ней.
Это глупо, это не первая смерть, с которой Джерри столкнулся, они даже близки особо не были - впрочем, по его меркам, были, - но именно теперь его умение не думать о таких вещах дает сбой.
И сейчас тоже - он ссаживает кожу на тыльной стороне ладони неудачным рывком ключа, ругается, швыряет под ноги чертов ключ. Недокрученная гайка обвиняюще торчит из диска, Джерри сплевывает на руку, растирает кровь и слюну об заляпанные машинным маслом джинсы и сердито выдыхает:
- Эй, Рикки, - зовет парнишку, пыхтящего над проколом с герметиком в руках, - довернешь тут? Пойду перекурю и пройдусь...
- Ага, да, без проблем, - отзывается Рикки, поднимая глаза, и кивает Джерри на руку. - Тебе бы с этим что-то сделать, Джерри... Столбняк убивает медленнее, чем зомби, но так же неприятно.
Вот болтовня о смерти Джерри сейчас совсем не в кон. Он вытягивает из шлицы тряпку, выбирает сторону почище и заматывает руку.
- Ладно, доктор Фил, послушаю твоего совета...
- Доктор Фил - психолог из телека, - несется ему в спину, пока Джерри идет к выходу.
Гаражная дверь пустого бокса поднята, чтобы обеспечить мастерскую хоть каким-то проветриванием и светом, и все же снаружи контраст с запахами мастерской настолько разителен, что Джерри торопится закурить, пока свежий воздух не сотворил что-то необратимое с его обонянием.
Вечереет, но еще светло и костры в бочках, служащие уличным освещением, еще не разожжены - значит, Холли еще возится с детьми, так что Джерри промахивает мимо поворота, ведущего к дому Дюмонов. К тому же, она наверняка начнет расспрашивать, почему он не в настроении - а вываливать такое на подружку Джерри не готов; лучшим вариантом будет отсидеться где-то, пока Рикки не свалит на ужин, а потом вернуться к себе, и решение приходит само собой.
- Ленни ищешь? - останавливает его Клэй. - Она там, в лазарете. Случилось чего?
Джерри с опозданием понимает, что дело в тряпке, намотанной на руку, и мотает головой:
- Ерунда. Но пусть посмотрит кто-то, кто в этом шарит.
Лицо у Клэя становится задумчиво-романтическим:
- Я бы тоже ей чего-нибудь показал... Ну давай, увидимся.
Вариант с лазаретом Джерри нравится - во-первых, там его вряд ли кто-то будет искать, кроме того же Рикки, а во-вторых, Ленни производит на него впечатление человека, который не будет лезть в чужие дела, а большего в этом его состоянии Джерри и не нужно.
Выкидывая окурок, Джерри бочком протискивается в помещение, убеждаясь, что никому больше не приспичило посетить их импровизированный медкабинет прямо сейчас, и закрывает за собой дверь. Тени по углам сразу же становятся гуще, светлый прямоугольник перед окном, поймавший закат, - ярче.
- Привет, - мрачно говорит Джерри. - Я тут у тебя перекантуюсь немного? Нет какой-нибудь записи, или очереди, или еще чего?
Ленни относительно новенькая - все еще относительно новенькая, и у Джерри нет ни одного воспоминания с ней и с Лили одновременно, и эта мысль его в каком-то извращенном смысле даже радует: проще будет делать вид, что Лили никогда не существовало.
- У меня - вот, - он стягивает тряпку с руки, демонстрируя ссадину от костяшек до самого запястья, легитимирующую его пребывание в лазарете. - Тянул гайку и ключ сорвался. Не хочу заполучить какую-нибудь гангрену, боюсь этого дела с детства.
Отредактировано Jerry Keitel (2024-01-13 09:03:26)
Прошло несколько месяцев с тех пор как я оказалась за сотни километров от дома. При этом на сотни километров ближе к семье. Я надеюсь, что они все ещё живы. Выжили. Ведь люди выживают. Не все. Очень сложно и все же выживают. Вот только я переплыла атлантический океан, добавила своему сну проблем, но как начать поиски не представляла. Нельзя больше разместить пост в своей социальной сети. Не позвонить на телевидение, чтобы увидели еще больше людей мое желание. Выйти за пределы поселения все же было откровенным самоубийством. Без сопровождения. Вот только кто отправиться в очевидно опасное путешествие ради не знакомых людей. Ради желания пришедшей девушки.
Все по мере поступления. Так учил папа. Такой же мысли придерживалась и Эмма. Родители всегда говорили, что нужно дробить проблемы, желания и мечты. Нельзя получить луну. Но можно посетить обсерваторию последнего поколения, чтобы увидеть черные пятна на красавице Селене. Для этого нужна узнать где и сколько стоит. И начать нужно с того, чтобы определить откуда взять деньги. В данном случае. В моем же самым очевидном было посещать поселения при торговле, возможно, переговорах. Вот только военные действия затормозили мои действия. Оттянуло, но не остановило.
Я училась заново жить. На новом континенте. Воздух, возможно, тут был тот же. Природа отличалась. Но больше всего можно было найти различия в менталитете. Хотя стоит признать, что Вирус не только внес свои коррективы в организм человека, но и отчасти сравнял человечество. Больше нет масок из брендов и моделей одежды, украшений, гаджетов, машин. Выживание стало одним из главных желаний людей. Приспособление к новым обстоятельствам.
Что-то уже было привычным для меня. Жить не одной в комнате. Лишиться своего пространства. Точнее оно сузилось до размеров выделяемой кровати, до размера стула в столовой. Более только в медицинском крыле, которым я могла отчасти руководить. Подобного не было в Лондоне, но и назвать это укромным уголком не могла. Пространство расширялось в голове, заполняемость которого была лишь мыслями. Обо всем и сразу. И в первую очередь о том, чтобы приносить пользу поселению. Именно так. А для этого мне нужно было изучить среду в которой оказалась и в которой мне предстояло жить.
Новые люди, отчасти новые правила. Новый дом и чего уж там, новая кровать, к которой тоже нужно было привыкать. Кричать в подушку в надежде, что крепкий сон сожительниц не будет нарушен. И вот эта сторона была для меня привычна. Увидеть лицо, запомнить имя и наблюдать за человеком.
Отдать Мэри яблоко, потому что свое она отдала младшей сестренку. Мэри очень любит яблоки, но их так редко бывает в поселение. Больше чем яблоки Мэри любит только крошку Нэнси. За детьми интересно наблюдать, но как оказалось за взрослыми тоже. Новый человек сильно отличался от того, что был до поглощения Вирусом.
И все же отработав почти весь день в столовой, приятно окунуться в тишину медицинского блока. На кухне много работы. Нужно приготовить полноценные блюда на завтрак, обед и ужин. Сделать заготовки свести подсчеты - нужно понимать с чем и насколько мы остаемся. Помочь с обедами для детей - не у всех есть родители. Порой за повседневным гомоном протекает жизнь. Иногда убегая в срочном порядке в медицинское здание.
Дверь резко открывается, выводя меня из мыслей. Изначально, я писала список каких трав нужно собрать - осень полноправно вступило в свои права. Октябрь, это середина и она уже проходит свой рубеж, а это значит скоро будут первые настоящие холода. Снег. Не забыть отдать список ребятам из вылазок. Конечно, они берут по максимуму и все же иногда не всегда понятный флакон. Возможно, с запиской все же есть шанс взять нужные предметы.
Все это ушло с первыми сумерками, естественного света для письма стало мало. Особенно, когда загораживаешь окно собой. Когда звук открываемой двери оповестил о посетителе, в нос тут же ударил резкий запах табака. Мужчина. Об этом подсказал и тяжелый шаг. Просто так я не могла сказать, кто пришел. Взмах ресниц и зеленый взгляд встречается с механиком поселения. Второй, уже более внимательный быстро находить причину прихода. Поднимаюсь на ноги, оправляя футболку.
- Добрый вечер, Джерри. - Отвечаю спокойно, улавливая тяжесть, что затаилась в коротком словом. Глаза тоже подсказывают, что рана не столько несет боли, сколько, то, что терзает мужчину внутри. Его вопрос подтверждает мои мысли. - Я должна заглянуть в свои записи, чтобы удостовериться, что вы не прервали мою встречу с кем-то. - Голос становится теплее с нотками дружбы, хотя в моем исполнение, скорее сродни сестринству. Легкую шутку разбавляют ясные глаза со смешинками вкрапленные в зеленоватый оттенок. Губы также расслаблены и по тому как уголок губ дернулся, тоже можно догадаться, что легко подыграла своему посетителю.
Джерри быстро переводит тему, или уводит от разговора вовсе. С чем с легкостью соглашаюсь. Взгляд скачет по складкам тряпки, отмечая сколько грязи и явно масло на ней. Зеленые глаза показывают обеспокоенность, хотя и нужно было бы сделать выговор. С разрешения беру запястье и осматриваю рваную рану, слушая мужчину.
- Джерри, гангрена может быть, если вы будете не внимательным при работе с предметами... - взмах ресниц и ловлю взгляд пациента. - С которыми работаете. Глубокая рана в наше время все же может быть опасна. - Отпускаю руку, понимая, что нужно делать. - Но и то, считаю что нужно "постараться", чтобы заполучить смерть тканей. Присаживайтесь, я сейчас подготовлю все для промывки.
Воду в бутыле я приносила каждое утро, после того, как она прокипятится. Вода стала одним из инструментов. Я взяла глубокую миску на полке одного из шкафов. Налила половину объема тары воды и добавила туда немного соды и соли, но завтра добавим еще и отвар ромашки. Сейчас ее не достать, а еще до ужаса мало осталось в запасах. Достала пинцет и подготовленную марлевую повязку с кусочками ткани, которую сама подготовила для подобных процедур. Еще бутылочку со спиртом. Села напротив мужчину, начиная обработку и предоставляя Джерри возможность завязать разговор или же побыть в тишине, как и хотел. Несколько капель спирта на ладони и хорошо растираю их по поверхности кистей. Пара капель и на пинцет, и им же размешиваю воду. Круги на воде умиротворяют. Беру тряпочку и окунув в воду начинаю омывать руку, для начала смывая кровь, медленно подходя к краям раны.
Отредактировано Elenia Solt (2024-01-23 21:50:13)
Она так внимательно изучает его руку, как будто подозревает, не спер ли он ее где - Джерри по первому движению протягивает ладонь вперед, поворачивая тыльной стороной и только тут соображая, что надо было как следует отмыть с кожи грязь, будто въевшуюся намертво, и масло.
Ладно, про гангрену он, конечно, привирает, и когда Ленни заглядывает ему в лицо, отводит взгляд, не желая, чтобы она прочла его мысли. Не то что он всерьез думает, что она выставит его вон - хотя и оценил шутку про записи, - но в другом случае он обошелся бы водой и мылом и дал ссадине зарубцеваться естественным путем, только вот торчать в мастерской не было уже никакой возможности, а куда еще пойти, ему не придумалось.
- Да нормально все, это же не глубокое, так? - но, противореча своим же словам, Джерри послушно падает на стул, разглядывая Ленни со спины.
Обещанная "промывка" его не пугает, и вот сейчас он даже рад, что она все делает с этой основательной неторопливостью - медленно, размеренно, ничуть не суетливо.
Это его успокаивает. Он выдыхает, оседает на стуле, вытягивая ноги, кладет проблемную руку на стол, пачкая столешницу, следит за тем, как она возвращается к столу, неся все эти медицинские приблуды.
Спирт пахнет резко, почти что неприятно, Джерри поводит носом, качает головой, когда Ленни принимается смывать подсохшую коркой кровь. Все это в полной тишине - слышен только стук, когда она ставит миску на стол или подвигает стул к столу.
Джерри тоже таращится на собственную руку, как будто она вот-вот может дернуться не по его желанию и вцепиться ему в глотку, а потом невнятно хмыкает:
- Док, я не сахарный - не растаю, если ты нажмешь посильнее.
Вообще-то, у Джерри до недавнего времени были большие сомнения в том, что его хоть что-то способно как следует зацепить - а вот поди же ты.
Он расставляет пальцы пошире, наблюдая, как расходится содранная кожа, и снова фыркает.
- Но буду знать, что сюда можно заглянуть пропустить по стаканчику.
Когда мокрая тряпка касается ссадины, Джерри втягивает воздух сквозь зубы от неожиданности и тут же трясет головой, удивляясь самому себе:
- Вот черт! Да пошутил я насчет пропустить по стаканчику - буду держать язык за зубами, никто и не узнает, что здесь наливают.
Под слоем высохшей крови и грязи проступает темный рисунок - железный крест, одна из первых татуировок, которую набил Джерри, и он инстинктивно сжимает руку в кулак. Он привык к этому - обычно даже не замечает, так люди привыкают к своему цвету кожи или шраму, появившемуся в глубоком детстве, но сейчас Джерри как-то вдруг кажется, что все это бросается в глаза. Как там говорила Холли? Нужно постараться, чтобы разглядеть его за этими татуировками?
Тогда он только рассмеялся, но потом подумал как следует над ее словами - и ведь так и есть, это и была его мимикрия, защитная окраска, принятая там, где он жил.
Такая же защитная окраска, как невозмутимый взгляд и вечная жевательная резинка у Лили - или это спокойствие и ровная доброжелательность, излучаемая Ленни.
Что-то же там есть, за всем этим - и ему становится до смерти любопытно, что скрывает легкая улыбка и неизменная вежливость их английского доктора.
- Это правда, про то, что ты переплыла океан? - в лоб спрашивает Джерри, в котором сильно убеждение, что едва ли у него будет настолько же удачная возможность спросить то, что давно его интересует. - Да как это вообще получилось? Сколько времени это заняло? У вас был нормальный корабль? Ты знала, что здесь везде мертвецы?
Он даже про руку забывает - про руку, про татуировку, про ссадину на ладони, про запах спирта, пытаясь понять, хватило бы у него решимости погрузиться на борт и отправиться в прямиком в неизвестность, и вот дела, ему кажется, что нет, не хватило бы. А у нее, значит, хватило - конечно, Джерри рассматривает ее так, как будто пытается понять, что выдает в ней, на что она еще способна.
Какими бы беспечными люди не были в прошлом, сейчас все же с опаской смотрят на рану. Присматриваются и оценивают любой изменение. Шутка про гангрену осталась бы шуткой, если бы Джерри не задал уточняющий вопрос. Подобная реакция говорит, что волнения все же у мужчины есть и я бы сказала не беспочвенной, в наше то время. Конечно, приход механика поселения в больничный отсек не говорит о первостепенности его тревоги все же. Джерри уже многими своими действиями и словами подтвердил, что рана, это второстепенное. И все же страх более явный, чем это могло быть до падения нашего привычного мира. Поэтому собирая всё для промывания, уже несмотря на своего пациента, отвечая, что в данном случае - не глубокое.
Мне нравилось работать именно в мирное время. Когда ты не спешно, по этапно занимаешься проблемой с которой ко мне пришли. Все же суматошность или поспешность действий выбивает меня из колеи. В - первую очередь из-за того, что я все же не специалист. В Англии я больше была медсестрой, здесь мне порой нужно выходить на первый план и спасает лишь практика. У меня есть свой страх - ошибиться или не помочь вовсе. Готовка на людей было приходящим, для меня это что-то сродни дыханию. Да, у нас в доме был штат прислуги, но мачеха воспитала так, чтобы я знала и понимание домоводства. Мне так понравилась кулинария, что часто прибегала и попросила нашего повара подсказать про то или другое блюдо. В общем это точно, что я всегда могла делать. Медицина же бросает мне вызов. Вызов, с которым я сражалась первые года. Но и сейчас тоже. Ранее еще были лекарства, сейчас почти 90% лекарств утратили свои свойства. Углубляюсь в народную медицину, кидая вызов уже своей памяти. Хотя книга по травам дала мне в разы уверенности.
Комментарий про сахарность меня не трогает и я продолжаю методично обрабатывать рану. Когда дело дошло до открытых частей взяла пинцет, чтобы меньше тревожить рану и убрать мелкие частички мусора: нитки от тряпки, частички кожи и прочее. Подняла прямой взгляд, вновь беря тряпку, чтобы закончить обработку.
- Скажите "спасибо", что не дую вам на рану, чтобы реакция в виде пощипывания стало меньше. С учетом, что вода соленая, открытая часть однозначно реагирует или будет реагировать. - Слова про "пропустить стаканчик" вызывают улыбку, что отражается в глазах, когда вновь поднимаю взгляд на мужчину. - Весь спирт, что окажется внутри вас без противопоказания, Джерри... - вновь прохожу тряпкой, смоченной в воде, для закрепления. - Должны будете вернуть с процентами. - Смотрю, как мужчина морщится и киваю на его слова, что все было шуткой. Уголок губ дергается. Боль, конечно, не хотела приносить, но открытую часть тоже надо было промыть хорошо. Особенно без нормального антисептика.
Отмечаю татуировку, но больше после реакции самого мужчины. Рука сжимается в кулак, явно показывая, что хозяин рисунка скорее всего не хотел бы, чтобы видели его символы. Татуировка для многих людей, это слишком личное и сакральное. И я бы прошлась по ней беспристрастным взглядом, если бы не осознание Джерри, что я ее увидела. Наверно, поэтому в зеленых глазах промелькнул вопрос. Что скрывается за символикой креста. Ведь для многих это символ жертвенности, которую принес Иисус и что-то мне подсказывает, что для мужчины, это нечто другое. Удивление и вопрос в глазах лишь реакция на действия мужчины, спрашивать, конечно, не собираюсь.
Беру самодельную повязку из ткани и марли. Начинаю также аккуратно перевязывать. При этом добавив то, что упустила на вопрос мужчины.
- Несмотря на то, что глубина ссадины так сказать допустимая, все же попрошу завтра не работать полноценно. Во-первых, резкие движения могут замедлить заживления тканей. Во-вторых, с такой тряпкой, которой вы обмотали открытые участки, я бы просила вас прийти завтра за перевязкой утром. Сейчас у меня нет ромашкового отвара, а он помог бы и заживлению. При этой лишний раз обеззаразить.
Закончив с повязкой, довольно быстро уже осмотрела, чтобы не было узлов и перетягивания - чтобы удобно можно было двигать кистью. После встала и начала убирать по своим местам. Вопрос про океан, заставляет замереть. Несмотря на то, что мне в первый вечер пришлось, эту историю повторить дважды. Во второй раз с дополняющими вопросами, после надеялась не возвращаться к этой теме. Хватало и ночных кошмаров, как водная стихия поглощает меня. Говорят, что нужно смотреть страху в глаза, что-то в моем случае это мало помогло. До сих пор не понимаю как пережила недели и даже месяцы, но страх остался ровно таким же плюс добавились сны. До, это оказывается страх просто мирно спал во мне.
Последующие вопросы вернули меня в реальность. Выдох, который мог привлечь внимание мужчины. Облизнула в миг пересохшие губы и продолжила, убирать склянки в шкаф.
- Осознание того, что переплыть единственный вариант, когда были разрушены коммуникации, пришло довольно быстро. Да, до нас Вирус дошел с опозданием. Мы могли изначально предотвратить большую смертность от природных катаклизмов. Отчасти к ним подготовиться. Но их было слишком много. Вирус распространялся слишком быстро, как и часто катастроф. Да, и понимать, что мертвецы не умирают так сказать дважды - самостоятельно, тоже было понимание. Мои родители и брат на вашей земле. Я просто не видела смысла оставаться. Какая разница, где умереть там, или здесь, но с шансом узнать что-то о них. - Сама не поняла, как меня прорвало. Я говорила не о самой переправе, а первопричине. - Корабли были разрушены или их откинула слишком далеко от берега. Да, и ни кто в здравом уме не собирались куда-то двигаться. - Перед глазами всплыли воспоминания, как одна бабулечка - миссис Фишер, буквально кричала на меня, когда узнала, что я спрашивала мужчин о том, чтобы рискнуть переплыть океан. Это никто не знал о моем страхе. Об осознание и принятие. Она твердила что-то о том, что я должна начать жить заново с мыслью, что семья жива. А не увидеть их в итоге уже ожившими с желанием съесть мои мозги. Целый монолог и гул в моих ушах.
Закончив, с довольно не продолжительной работой. Даже перелила воду. Села за стол, продолжая уже какое-то время молчать. Вроде мужчина пришел за разговором или помолчать, но получилось так, что говорю именно я. И это тоже терапия - понимала. Отвлечься от своих дум. Кажется и мне нужно, это было, раз начала говорить раньше, чем успела подумать. Решить говорить или нет, что именно. Просто начала говорить. Но, кажется запал пропал. Отчасти понимала почему: я рассказала довольно легкую часть того, чего хотел знать мужчина. Сжала кулачки. В голову пришла мысль о том, что хотела бы ощущать легкую боль от ноготков, что могли оставить следы на ладонях. Почти сразу приняла решение в пользу гигиены, поэтому никакого дискомфорта от сжатия пальцем. Явная бледность на лице, что показывает всю сложность разговора.
- Я встретила одиночку. Мужчина, для него это был тоже вызов. Ему было интересно испытать себя, узнать про путь. Думаю, что он мог выжить и сейчас продолжает держать путь в одиночном походе уже по землям некогда Америки. Нам потребовалось несколько месяцев, чтобы все подготовить. Дождаться лета. Максимально тёплые дни и надежда на мирный исход. Мы оба знали, что нам потребуется больше времени, чем Титанику. Мне была интересна эта тема раньше - загадки и прочее... - тихо добавила. - Он ранее выходил в плаванье, как любитель и интересовался темой мореходства, но только как хобби. Отчасти нас это объединяло. На меня легли бытовые дела, ему сам корабль. Я не разбираюсь в транспорте. - Самое верное слово, так как я даже не водила - личный водитель. - Небольшое моторное судно, и нам даже хватило часть пути пройти на бензине, который раздобыли. После же мы в ручную с веслами двигались...
Отредактировано Elenia Solt (2024-01-23 21:51:54)
Ей, кажется, его вопросы не нравятся. Джерри слишком поздно, уже договорив, замечает, что она как-то напрягается - твердеет линия плеч, спина застывает, эти небольшие признаки, которые он научился ловить в других, пока сидел, чтобы не проворонить начало драки или потенциальную агрессию.
Это, конечно, не очень хорошо - вот уж что, а напрягать ему ее вовсе не хочется, и даже не только из-за того, что она ничем его не задела и действительно старалась осторожнее с его рукой. Дело не в этом, а в том, что она старается вписаться.
И так понятно, многое тут не по ней, понятно, что прежде она жила совсем в другом мире - в другой стране, если уж на то пошло, но Джерри больше думает о том, что и в других условиях.
Где-то, где люди были неизменно добры и вежливы друг с другом, охотно уступали, редко спорили и любые вопросы решали именно этим спокойным рассудительным тоном, который у нее в ходу. Как Джерри не пытается, он не может припомнить, слышал ли он, чтобы она кричала - не от страха или неожиданности, а от злости или раздражения, изливая на собеседника или того, кто привез ей из рейда букет какой-то бесполезной растительности. Не кричала, не выговаривала - ее недовольство или несогласие со сказанным кем-то никогда не выражалось привычным "Триаде" способом, и некоторое время Джерри даже размышляет над совершенно хулиганской задачей расшевелить ее, разозлить или выбесить, но затем отказывается от этого развлечения: не такая уж это хорошая идея, бесить ту, кто решилась пересечь океан и добраться до другого континента.
Он плохо знаком с географией, но все же представляет себе, сколько миль воды и суши она пересекла, чтобы из Англии добраться до Лос-Анджелеса - до хера, вот сколько, и это завораживает его каждый раз, стоит об этом подумать.
По нынешним временам, когда даже поездка в центр, в Иерихон, фактически может обернуться смертельной опасностью, когда выход за ограду поселения уже риск, от авантюры, на которую решилась Ленни, у Джерри захватывает дух.
Слушая ее, Джерри спрашивает себя: смог бы он решиться на то, на что решилась она, и приходится признать, что ответ - нет. Возможно, дело в том, что она говорит, будто решилась чуть ли не от отчаяния - не видя разницы в том, где и как умереть, и желая хотя бы попытаться увидеть родных. Джерри понятно это, но только лишь в теории: его инстинкт выживания слишком силен, а рефлексия не в почете. Он не верит, что умрет, особенно в лапах этих мерзких дохлых тварей, но идея пересечь океан для него слишком непреподъемная, а потому кажется куда более опасной, чем зомби.
Он еще несколько раз сжимает и разжимает кулак, неосознанно подражая ей, но повязка сидит хорошо, а пауза затягивается и Ленни снова начинает говорить.
Она немного напоминает ему младших сестер-близняшек, вдруг понимает Джерри, и дело не в цвете волос.
Дело в этой вере, вере в то, что мир в итоге может повернуться к ним лицом - и девчонки из Комптона, едва-едва закончившие школу, смогут добиться чего-то в Эл-Эй, а светская журналистка из Лондона - пересечь океан в поисках своих родных.
В нем, наверное, вообще нет этой веры - а ей вот повезло, она нашла еще одного такого же отчаянного мечтателя.
- Повезет тем, к кому этот мужик в итоге решит прибиться, - задумчиво говорит Джерри и тут же неуклюже - комплименты не его сильная сторона - добавляет, - ну вот как нам повезло с тобой... Вы оба как этот... Ну, помнишь, мужик из Норвегии, нам постоянно крутили фильм про него, когда я был в центре для несовершеннолетних...
Имя крутится на языке, но Джерри никак его не поймает - двигается вперед, наваливается на стол, щелкает пальцами, проверяя, насколько удобна повязка на кисти, и наконец-то вспоминает.
- "Кон-Тики"! - это не совсем то, что он вспоминал, но Джерри уверен, что точно оттуда. - Его лодка так называлась - "Кон-Тики", он на ней переплыл Тихий океан. А вторая - "Ра", на ней - Атлантический. Вы, европейцы, все немного отбитые на голову, скажи?
Он улыбается, не скрывая восхищения, и легко толкает Ленни в плечо.
- Но ты даже круче. У того мужика была рация и все такое, они могли вызвать помощь в любой момент, за ним следил весь мир и на берегу его точно не ждали плотоядные твари, я вот о чем. И что, твоя родня - они должны были быть тут? В Калифорнии?
Я закончила свой основной рассказ. Есть первопричина, сборы и каким образом получился в итоге путь. Судорожный выдох с мыслью о том, что он не начнет расспрашивать про сам водный путь. Слишком, это будет правильно и логично. Человеку свойственен интерес. Он увеличивается в некоторых вопросах. Например, как молодая и внешне совершенно неприспособленная девушка в нынешних условиях смогла пересечь океан. Горькое осознание, что этим можно было бы гордиться.
Можно было бы расширить пути и тем самым узнать, что сейчас из себя представляют другие страны. Возможно, в каком-то месте есть возможность ходить без оглядки на живых мертвецов. Сложно поверить, что до куда-то мог не дойти вирус. И уж точно то, что природные катастрофы "постарались" уровнять, я бы сказала сравнять страны. Чтобы люди начали новую жизнь. Существование человека, если брать года и до нашей эры, насчитывает более двух тысяч лет примерно одинаковую развитость. Не считаю отдельные районы, что опережали свое развитие. А за последние буквально 5 веков человек взлетел прогрессируя. Слишком похоже на пословицу: "протяни руку для помощи ее и по локоть оттяпают".
Мне, кажется, слишком очевидным, почему все так произошло. Вирус. Генетика. Человек пытается вмешивать в природные процессы, для кого-то даже в божественные. Воздух далеко не такой чистый, тоже касается и водного пространства. Кажется человечество буквально на себе сейчас испытывает это "загрязнение".
Подняла взгляд на мужчину, когда он заговорил. Не забыла про него, но благодарна, что не перебивал и даже дал время на принятие. Принятие сказанных слов, принятие ситуации и принятие на время, чтобы отдышаться мысленно. В какой-то момент брови складываются домиком, не совсем понимая что хочет донести до меня Джерри. Хотя изначальную фразу, как раз, сказанную уверенным голосом, поняла хорошо. Он прав, если когда-то настанет минута и Эдвин решится присоединиться к одной из групп. Все же мы в его компании были чистым исключением. Как то спросила его, почему он один и не останется в поселение, ведь даже во время подготовки он по сути был сам по себе. Как и многие он не говорил о прошлом или о себе, сложно понять почему он выбрал такой путь. Но это право самого Эдвина, лишь благодарна, что он попался на моем пути и так сильно помог. Хоть и понимаю, что это было сделано не ради меня. При этом Эдвин как-то сказал, что именно я подтолкнула его "к решению стать викингом".
Неуверенный голос и явная попытка сделать... приятное? Комплимент от Джерри? Неожиданно, вот только я не понимала почему. Конечно, врачи в наше время ценят порой больше, чем в цифровой век. Но, я далеко не врач, скорее медицинская сестра, которая без привычного гугла, а с книгами тяжело - мало что могу. Но рада, что могу помочь в малом. А про кухню вообще молчу, там есть спецы и без меня, лишь помогаю.
И все же мягко посмотрела на мужчину, принимая его слова и будто скидывая с себя те слова, что несли для меня тяжесть и страх. Оставлю свои страхи при себе.
Дальше просто вслушивалась в слова, чтобы понять, что вспоминать Джерри. Было много различных мореплавателей, хотя упоминание страны все же суживало круг, но сбивал возраст самого собеседника, если утверждает, что смотрел ее подростком. Упоминание название плота расставило детали того что хотели до меня донести. Толчок в плечо вызвало удивление, что ярко читалось в моих зеленых глазах, но легкое настроение будто вернулось.
- Его звали Тур Хейердал, он из Норвегии и помимо его в команде было пять мужчин, каждый отвечающий за что-то. Нам с братом этот фильм показывал папа. Его завораживала конструкция плота, как раз "Кон-Тики", мой папа был выдающимся архитектором в Англии. Его привлекали изделия из дерева, хотя, конечно, с ним работал мало. - Перед глазами встала картинка, нам обоим школьникам, папа показал в домашнем кинотеатре этот фильм. Похоже из-за этого фильма стала бояться больше океана. - Да, сходство есть, не думала даже об этом, но приятно было вспомнить. Изначально они были в Нью-Йорке, но улетели за неделю примерно в Вашингтон. Папа с Эммой полетели по делам, сразу в несколько штатов, а брат рассматривал учебу в Америке. - С нежностью проговорила, а после тихонько и вкрадчиво добавила. - Джерри вы отвлеклись или вы выскажитесь? Вы же не просто так пришли ко мне и раз уж нас пошли сердечны разговоры, можете воспользоваться. Или можете узнать что-то еще...
Имя отбитого норвежца Джерри даже не пытается запомнить - да и зачем бы. Он не то что против всех этих штук вроде спасения цивилизационных достижений, но искренне убежден, что прямо сейчас есть куда более важные заботы. Если они все сядут в кружок и начнут вспоминать то и другое, то быстро кончатся - или от голода, или от зомби, да мало ли, от чего еще, и тогда уж точно ничего не останется, ни людей, ни воспоминаний, так что делает ставку на главное, но смотрит на Элению не без уважения: имя у того мужика - язык сломать можно, а ей ничего, нормально. Как будто с детства произносить тренировалась.
А может, и тренировалась - Джерри, в конце концов, мало знает, как там за океаном все устроено. Про него нельзя сказать, что он совсем от дома не отъезжал - было дело, дважды до мексиканской границы доезжал, но это, понятно, совсем не то, что океан пересечь, хоть на дизеле, хоть под парусом.
Даже смешно - хотя на самом деле, совсем нет - но он никогда не летал на самолете, никогда не бывал в других странах, даже в океан толком не выходил, не считать же всерьез тусовки на Малибу. Это странная мысль, Джерри не то что думает о том, что все это теперь для него невозможно - океан-то вот он, только руку протяни, - но снова, будто пес к собственной блевотине, возвращается к мысли о том, что есть некий глобальной водораздел, после которого уже ничто не возможно.
Это вовсе не апокалипсис, чего уж там - то есть, да, конечно, сейчас у них есть напряженка с вещами, которые прежде казались само собой разумеющимися, нет ни кабельного, ни содовой, ни возможности с ветерком махнуть на другой конец земного шара, были бы деньги, но все это не исчезло совсем. Есть технологии, есть учебники и руководства, есть даже производства и заводы, которые изготавливали колу и сверхзвуковые самолеты, а над головой все еще болтаются спутники, готовые в любой момент обеспечить тебя горячим видео или доступом к википедии, было бы электричество и сеть - да что там, есть еще даже те, кто работал со всем этим и смог бы восстановить прежний мир, получись у человечества обуздать собственных мертвецов, чтобы меньше времени тратить непосредственно на выживание, но все это возможно, только если ты жив, и вот об этом Джерри думает.
О смерти - и о Лили, о Лили - и о смерти.
И вопрос Элении неожиданно попадает в цель. Джерри хмыкает смущенно, как будто она поймала его на чем-то сомнительном - хотя не ему переживать о репутации, - отводит взгляд, почесывая перевязанной рукой саднящую шею, и пожимает плечами.
- Да просто пройти захотелось.
А еще забраться в какой-нибудь угол, где не придется изображать, что с ним полный порядок. И не видеть тех, перед кем придется держать лицо. И держаться подальше от того, что каждый раз напоминает ему о де Луне - а вслед за ней о тех, свидетелем чьей смерти он стал за прошедшие годы, и тех, кто умер еще до того, как все окончательно полетело к черту.
- Ты думала о том, что не доплывешь? Нет, правда - когда ты поднималась на борт, когда решала плыть, откуда ты знала, что все получится? - он внимательно следит за ней, не уверенный, захочет ли она отвечать, но готовый считывать ответ по мельчайшему изменению мимики, и, наверное, ожидая ответа, не особенно следит за тем, насколько резко могут прозвучать его собственные слова. - Понятно же было, что у вас шансов - я бы и цента не поставил. Как ты решилась, зная... Ну, просто зная это, - заканчивает Джерри не слишком гладко.
Вы здесь » No signal » эпизоды » незавершённые » [21.10.2023] Quando omni flunkus moritati