- Что за шум здесь был?! - эти слова будто не Алекс говорил, они слетели с чужих губ, не с его. Возможно это от того, что волнение смогло его изменить до неузнаваемости. - Эй, что за шум?! Что за толпа?! - он бесцеремонно расталкивает всех перед собой локтями и, когда добирается до того, на что все газели со вздохами, потерял дар речи.
Внутри всё опустилось и похолодело, словно открылась всепоглащающая бездна, которая решила его опустошить. Но пустотой и не пахло. Эмми лежала, обезображенная и грязная, на земле. И вдруг захотелось спросить у остальных: "А, собственно, какого чёрта?!". Алекс злился. И злость эта породила от безысходности. Девочку уже не вернуть, хотя она была небольшим личико света в этом царстве тьмы.
- Кто?! Кто был рядом, я спрашиваю?! - он обернулся на толпу, но все они слились в одну цокающую и вздыхающую массу. Вину на себя не возьмёт никто, потому что это пресловутое "мы" уже сидело в печенках у каждого, а тут так кстати пригодилось.
Он подхватил детское тело на руки и пошёл к Денни. Он обязан сам сообщить. Это всё ещё их забота. Они должны были оберегать Эмми лучше, но черт бы их побрал разбежаться и положиться на чужих. Надо было сказать, чтобы Тревор сам выпутывался из капкана и остаться здесь, с девочкой, к которой он питал лишь самые нужные чувства, будто её старший брат, а не спасать какого-то левого пацана, который не смотрел, куда наступает.

Денни молчал практически всё время. Нет, он говорил, но односложно и по делу.  А когда Лёха открывал рот, начиналась грызня с членами группы. Он переживал эту потерю вместе с другом, но по-своему. Хотелось поддержать Денни, утешить, но он не смел ворошить эти чувства. У них в родной стране так не принято. Брат за брата, но мужик - это кремень. Куда уж там выразить свои чувства. Так что он гавкал по любому поводу, не в силах поделиться своей болью ни с кем - да и нахрен надо было - преобразовывая это в агрессию. Единственный, кто не попадал под горячую руку - Денни. Они вместе выжили в первый день, вместе выживают и сейчас.
Алекс пошёл на утренний совет - воспитание в дисциплине, как-никак, дает свои плоды. На самом деле он боялся своих мыслей, что кровь девочки на самом деле на его руках, но груз вины ощущал постоянно. Хотелось извиниться перед Денни, но это казалось ужасно неуместным. Тем временем лидер распинался о том, что в общине потеря и как ему жаль.
- Сраный ублюдок. - кинул себе под нос он и ушёл прочь чуть раньше, чем все начали расходиться.
Вообще-то, он хотел найти Денни, но тот нашёл его сам и утащил в укромное место. Сначала Лёха подумал, что он наконец решился с ним поговорить обо всем, что произошло, но изрёк что-то такое, что было на него не похоже.
- Ты хочешь... - он осекся, посмотрев по сторонам, потому что от удивления произнёс это довольно громко. - ...Уйти? Но ты же говорил раньше совсем другое. - растерянно почесав затылок, он тут же ответил на предложение. - Да, ты же знаешь, не нравится мне этот хер. А тепепь вся эта сраная община поперёк глотки костью встряла.
Он теперь открыто презирал всех, хотя в этой ситуации, как говорит "уважаемый"  лидер, надо держаться всем вместе. А ещё нет рядом малышки, которой рано было слышать всё то дерьмо изливавшееся из Лёхи сейчас. В её присутствии он даже по-русски не сквернословил, что тут говорить?
- Слушай, предлагаю забрать часть запасов с собой, не много, но на первое время чтоб хватило. В конце концов, мы тут трудимся наравне со всеми и, можно сказать, заработали. - Алекс подошёл к делу с энтузиазмом, надеясь, что всё это поможет пережить им смерть Эмми.

- Ладно, нормально всё. Я рад, что ты ты к этому пришёл. - ободрил он друга, похлопав по плечу.
На самом деле, они раньше часто спорили с Денни по пустякам, которые сейчас кажутся детским садом. О силе команд в бейсболе, про тачки, Господи, всё доходило до споров о ценах на нефть. Как два придурка упирались рогом и топили до конца, а потом покупали пиво и смеялись. А сейчас вокруг нет ничего, кроме безысходности и отчаяния. Нет надежды на завтрашний день, нет несбыточной мечты о рае. Лучший исход - не сдохнуть.
И как же злость брала, когда он снова думал о том, что они потеряли маленькую чистую душу. Удивление Дена подействовало как добротная порция стыда. Да, он захотел уйти так, потому что уже откровенно презирал всех и каждого, кто плетется, как овца на убой, за этим кретином в поисках счастья. Это как секты в России. В целом, всё аналогично: недалеким людям вешают лапшу на уши про рай или ещё невесть что, говорят, что только избранный знает истинный путь, лишают человека всего, только там - наживались материально, а тут - лишают жизни, пусть и не намеренно. А это, на минутку, единственная их ценность.
- Да, тебе не по-вкусу уйти по-английски? - не смотря на всю безвыходность ситуации, Алекс оставался собой и скрыл под маской юмора свой стыд. - Думаешь, нас благословят в добрый путь? Или с удовольствиемподелятся припасами? Мы много не унесем, Денни. Нас всего двое, если и брать - самое необходимое. Да и с кем прощаться? Думаешь, хоть кому-то из них жаль?! Ха. - он невесело улыбнулся, - Им ссут в уши "раем" и только это в их системе ценностей имеет значение. Они всё так же слушают "предводителя", делают, что им велят. - Алекс ощутил, что стал слишком настойчивым. - Ладно... Давай подумай до обеда, если не захочешь - попрощаемся нормально и разойдемся. - он легонько двинул Денни в плечо, пытаясь вести себя как обычно. - Последний рабочий день?

Отредактировано Alex Koval (2024-02-08 22:59:07)

- Оставь это мне. - он ухмыльнулся Лёха, готовый впрячься за друга. -
В целом, он был рад решению уйти. Наконец-то он почувствует, что сам решает свою судьбу, а не станет жертвой чьей-то ошибки. Это что-то пьянящее и одновременно тревожное, как предвкушение изменений и ещё совсем непонятно, приведёт это к лучшему или сведёт в могилу. Даже если они подохнут по дороге, это будет их собственная судьба. Хотя, будем честны, Коваль умирать не хотел, как и становиться зомби.
Он пошёл к "начальнику" этого самодеятельного отряда самоубийц, чтобы отмазать Денни и, заодно, себя. Особенно не распыляясь, Алекс констатировал факт, что другу всё ещё тяжело справляться с тем, что произошло, поэтому работать он не будет и сегодня. Встретил главный мудак эту новость не в штыки, но явно был не слишком-то и доволен таким раскладом. Сам Алекс при этом делал вид, что занимается работой, но по факту строил план, как они съебутся с этой помойки и, в небольшом подвале, который служил продовольственным складом, прикинул то, что они смогут вдвоём утащить. Вечером, взяв на себя инициативу спустить добычу, которую принесли охотники, он втихоря отложил всё самое важное в неприметный уголок за дальней полкой. Вяленое мясо, консервы, питьевая вода, спички, нож для хозяйственных нужд. Он даже не подумал почему-то взять котелок, решив, что тот только затянет и без того тяжёлую ношу. Собственно, над подвалом находилась небольшая сельско-хозяйственная постройка, в ней хранились инструменты. Лёха отложил топор и пару походных рюкзаков с наполнением: когда отступали из города, это добро забрали из местного магазина, который нещадно разграбили, как только смогли. Ну а что, из ТАКОГО масштабного краха экономика вряд ли выйдет когда-нибудь вновь. А всё, что там лежит, им нужнее. Короче, никаких угрызений совести Лёха не испытывал.
Когда он уже хотел уйти, в дверях показалась долговязая фигура. Сара, женщина с явными еврейскими корнями, поймала его заискивающий взгляд и Алекс напрягся. Кто её знает.
- Ты чего здесь? - её голос звучал уверенно, будто она уже подозревала неладное.
- Ничего. Мне пора. - сжав челюсти покрепче, он хотел выйти, но Сара прошла чуть вперед и не собиралась давать дорогу. - Тебе что-то надо? Могу помочь. - Коваль точно звучал напряжно и подозрительно, но это всё, что он сейчас мог сделать.
- Денни хмурый такой. Не знаешь, как он? - вопрос сначала поставил в тупик, но что-то перещёлкуло и...
- А тебе какое дело до него? Хочешь и его собакам скормить?! - выдал Алекс, спуская свой напряг в агрессивную защиту.
- Нет-нет. Просто хотела сказать, что мне жаль, что так получилось. - она выдохнула, будто раздумывая, стоит ли продолжать. - Знаешь, когда всё началось, я потеряла свою дочь. А когда всё-таки нашла, она уже была... - речь оборвалась, а голос Сары дрогнул. Алекс почувствовал свою вину в слепой ярости, которая накрывает всех и каждого из этой общины обвинениями в смерти Эмми.
- Прости. Я слишком резко начал. - он повинился и осторожно положил руку на плечо женщины, которая тёрла глаза. Через несколько минут она уже сама освободилась от чужих объятий, придя в себя.
- Вы хотите сбежать? - спросила она в лицо, явно увидев больше до своего прихода.
- Да. - он ответил коротко, как рапорт: честный и исчерпывающий. - Это уже решённый вопрос.
- Думаю, Денни нужно больше времени, чтобы оправиться. Вам вдвоем придётся как-то выживать, без общины, которая страхует хотя бы в бытовом плане.
- Слушай, я не хочу сидеть и ждать, пока нас не ведут как скот на убой.
- Я понимаю о чем ты, но всё-таки подумайте получше. Это может стать фатальной ошибкой. Можешь не волноваться, я умею держать язык за зубами, но хочу лишь позаботиться о вас с Денни. - она словно мимолётно улыбнулась и ушла так же тихо, как и пришла, оставляя за собой шлейф сомнений.